Сценарий_сон

Пролог.

Выходят ПОВЕСТВОВАТЕЛИ: Макар и Катя Статкевич.

Катя: Так вот, это естественный физиологический процесс пребывания в состоянии с минимальным уровнем мозговой деятельности и пониженной реакцией на окружающий мир, присущий млекопитающим, птицам, рыбам и некоторым другим животным, в том числе насекомым (например, дрозофилам).

Макар: Ты сейчас с кем разговаривала? И о чём, интересно?

Катя: Я – о сне.

Макар: И кто-нибудь что-нибудь понял, ты считаешь?

Катя: Это научное определение.

Макар: М-да. Научное. Только сухое какое-то.

Катя: Что ж, это повод поговорить о снах по-настоящему. Например, так:

На севере диком стоит одиноко

На голой вершине сосна,

И дремлет, качаясь, и снегом сыпучим

Одета, как ризой, она.

И снится ей всё, что в пустыне далекой,

В том крае, где солнца восход,

Одна и грустна на утёсе горючем

Прекрасная пальма растёт.

Макар: Или так:

Как океан объемлет шар земной,

Земная жизнь кругом объята снами…

Настанет ночь — и звучными волнами

Стихия бьет о берег свой.

То глас ее: он нудит нас и просит…

Уж в пристани волшебный ожил челн;

Прилив растет и быстро нас уносит

В неизмеримость темных волн.

Небесный свод, горящий славой звездной,

Таинственно глядит из глубины, -

И мы плывем, пылающею бездной

Со всех сторон окружены.

Темнота. Вьюга за окном. В кровати сидит, укутавшись, Девочка (Ксюша Борщёва) и тихонько дрожит. Со свечой заходит Няня (Настя Захарова):

Няня: Что ты, маленькая?

Девочка: Мне страшно, нянюшка.

Няня: Так ты спи.

Девочка: Не могу. Метель так страшно воет.

Няня: Она не воет – она поёт.

Девочка: А что она поёт?

Няня: Поёт, что маленьким девочкам надо спать.

Девочка: Ты её понимаешь?

Няня: Конечно, понимаю. Слышишь? (Напевает колыбельную)

Тихо-тихо сказку напевая,

Проплывает в сумерках зима,

Теплым одеялом укрывая

Землю, и деревья, и дома.

Над полями легкий снег кружится,

Словно звезды падают с небес.

Опустив мохнатые ресницы,

Дремлет в тишине дремучий лес.

Опустив мохнатые ресницы,

Дремлет в тишине дремучий лес.

Спят на елках золотые совы

В сказочном сиянии луны.

На опушке леса спят сугробы

Как большие белые слоны.

Все меняет форму и окраску,

Гасят окна сонные дома,

И зима, рассказывая сказку,

Засыпает медленно сама…

И зима, рассказывая сказку,

Засыпает медленно сама

Девочка засыпает под песню няни. Под колыбельную танцуют видения: лес (с зелёным платком), золотые совы, снег (с белым платком)

Няня: Тебе приснятся самые чудесные сны, маленькая! Сегодня волшебная ночь – сама бабушка вьюга убаюкивала тебя.

Девочка (сквозь сон): Бабушка вьюга…

Меняем декорацию: исчезают постель девочки и свеча няни. На сцене «хоромы». Как это сделаем, пока не знаю

Пока меняются декорации, освещены ПОВЕСТВОВАТЕЛИ:

Макар: И это все?

Катя: О, нет! Сейчас мы увидим её сон во всех подробностях. В нём будут приключения и колдовство, и сказка, и любовь. И спящая царевна!

Макар: А при чём тут девочка с няней?

Катя: Няня ей рассказывает сказку Жуковского, а ей всё это снится.

Макар: Я запутался: кто спит, кто бодрствует? Царевна или девочка?

Катя: Обе. Смотри – всё поймёшь.

В.А. Жуковский «Спящая царевна»

Царь Матвей – Артур

Царица – Алиса

Рак, Старик – Паша

Чародейка 1 – Ксюша Фомина

Чародейка 2 – Женя

Чародейка злая – Ульяна

Царевна – Даша

Царевич – Рустам

Няня (ведёт Девочку за руку и рассказывает ей):

Жил-был добрый царь Матвей; (выходят Матвей с Царицей)

Жил с царицею своей

Он в согласье много лет;

А детей все нет как нет. (Царь уходит)

Царица:

Раз царица на лугу,

На зеленом берегу

Ручейка была одна;

Горько плакала она.

Девочка:

Вдруг, глядит, ползет к ней рак;

Он сказал царице так:

Рак:

«Мне тебя, царица, жаль;

Но забудь свою печаль;

Понесешь ты в эту ночь:

У тебя родится дочь».

Царица:

«Благодарствуй, добрый рак;

Не ждала тебя никак…»

Няня:

Но уж рак уполз в ручей,

Не слыхав ее речей.

Рак:

Он, конечно, был пророк;

Что сказал – сбылося в срок: (приносит ей «младенца»)

Царица:

Дочь царица родила.

Дочь прекрасна так была,

Что ни в сказке рассказать,

Ни пером не описать.

Царь Матвей:

Вот царем Матвеем пир

Знатный дан на целый мир;

И на пир веселый тот

Царь одиннадцать зовет

Чародеек молодых;

Няня:

Было ж всех двенадцать их;

Но двенадцатой одной,

Хромоногой, старой, злой,

Царь на праздник не позвал.

Девочка:

Отчего ж так оплошал

Наш разумный царь Матвей?

Чародейка:

Было то обидно ей.

Царь Матвей:

Так, но есть причина тут:

У царя двенадцать блюд

Драгоценных, золотых

Было в царских кладовых;

Приготовили обед;

А двенадцатого нет

Девочка:

Кем украдено оно?

Няня:

Знать об этом не дано.

Царь Матвей:

«Что ж тут делать? – царь сказал. –

Так и быть! И не послал

Я на пир старухи звать….»

Няня:

Собралися пировать

Гости, званные царем;

Пили, ели, а потом,

Хлебосольного царя

За прием благодаря,

Стали дочь его дарить:

Чародейка 1:

«Будешь в золоте ходить;

Чародейка 2:

Будешь чудо красоты;

Чародейка 1:

Будешь всем на радость ты

Чародейка 2:

Благонравна и тиха;

Чародейка 1:

Дам красавца жениха

Я тебе, мое дитя;

Чародейка 2:

Жизнь твоя пройдет шутя

Меж знакомых и родных…»

Няня:

Словом, десять молодых

Чародеек, одарив

Так дитя наперерыв,

Удалились… в свой черед

И последняя идет;

Но еще она сказать

Не успела слова – глядь!

Чародейка злая:

А незваная стоит

Над царевной и ворчит:

«На пиру я не была,

Но подарок принесла:

На шестнадцатом году

Повстречаешь ты беду;

В этом возрасте своем

Руку ты веретеном

Оцарапаешь, мой свет,

И умрешь во цвете лет!»

Проворчавши так, тотчас

Ведьма скрылася из глаз;

Чародейка 1:

Но оставшиеся там

Речь домолвили:

Чародейка 2:

«Не дам

Без пути ругаться ей

Над царевною моей;

Чародейка 1:

Будет то не смерть, а сон;

Триста лет продлится он;

Чародейка 2:

Срок назначенный пройдет,

И царевна оживет;

Чародейка 1:

Будет долго в свете жить;

Чародейка 2:

Будут внуки веселить

Вместе с нею мать, отца

Обе чародейки, хором:

До земного их конца».

Царь Матвей

Скрылась гостья. Царь грустит;

Он не ест, не пьет, не спит:

Как от смерти дочь спасти?

И, беду чтоб отвести,

Он дает такой указ:

«Запрещается от нас

В нашем царстве сеять лен,

Прясть, сучить, чтоб веретен

Духу не было в домах;

Чтоб скорей как можно прях

Всех из царства выслать вон».

Царица:

Царь, издав такой закон,

Начал пить, и есть, и спать,

Начал жить да поживать,

Как дотоле, без забот.

Царевна:

Дни проходят; дочь растет;

Расцвела, как майский цвет;

Вот уж ей пятнадцать лет…

Что-то, что-то будет с ней!

Царь Матвей:

Раз с царицею своей

Царь отправился гулять;

Царевна:

Но с собой царевну взять

Не случилось им;

Девочка:

…она

Вдруг соскучилась одна

В душной горнице сидеть

И на свет в окно глядеть?

Царевна:

«Дай, – сказала наконец, -

Осмотрю я наш дворец».

Девочка:

По дворцу она пошла:

Пышных комнат нет числа;

Всем любуется она;

Вот, глядит, отворена

Дверь в покой; в покое том

Вьется лестница винтом

Вкруг столба; по ступеням

Всходит вверх и видит…

Чародейка злая:

– там

Старушоночка сидит;

Гребень под носом торчит;

Старушоночка прядет

И за пряжею поет:

«Веретенце, не ленись;

Пряжа тонкая, не рвись;

Скоро будет в добрый час

Гостья жданная у нас».

Няня:

Гостья жданная вошла;

Пряха молча подала

В руки ей веретено;

Девочка:

Та взяла!

Няня:

и вмиг оно

Укололо руку ей…

Девочка:

Все исчезло из очей;

Няня:

На нее находит сон;

Вместе с ней объемлет он

Весь огромный царский дом;

Все утихнуло кругом;

Царь Матвей:

Возвращаясь во дворец,

На крыльце ее отец

Пошатнулся, и зевнул,

Царица:

И с царицею заснул;

Няня:

Мухи сонные сидят;

У ворот собаки спят;

И окрестность со дворцом

Вся объята мертвым сном;

Девочка:

И покрыл окрестность бор;

Из терновника забор

Дикий бор тот окружил;

Он навек загородил

К дому царскому пути:

Долго, долго не найти

Никому туда следа –

И приблизиться беда!

Няня:

Вот уж полный век протек;

Словно не жил царь Матвей –

Так из памяти людей

Он изгладился давно;

Знали только то одно,

Что средь бора дом стоит,

Девочка:

Что царевна в доме спит,

Няня:

Что проспать ей триста лет,

Девочка:

Что теперь к ней следу нет.

Сцена 3. «Мёртвая царевна»

Няня 2 – Маша

Девочка 2-я – Тася

Царевна 2-я – Лиза

Черница (злая царица) – Катя Костышина

Соколко – Серёжа

Елисей – Даня

Солнце, Месяц, Ветер – Антон

Зеркальце – Аркаша

Выходят повествователи, хотят говорить, но неожиданно входят новые герои – ещё одна няня с ещё одним ребёнком.

Катя: Хм, странно… Накладка.

Макар: Они же с другой сказкой пришли!

Катя: Да, эти – с пушкинской.

Макар: Запутаются.

Катя: Нет-нет, это даже интереснее!

Макар: Я говорю, запутаются.

Катя: Да нет же, обойдётся – пошли.

Повествователи уходят, а 2 няни и 2 девочки встречаются на сцене.

Девочка 1-я: Ой, кто это?

Девочка 2: Ой, кто здесь?

Няня 2-я: Ваша заснула?

Няня 1-я: Заснула…

Няня 2-я: Сколько ей спать?

Няня 1-я: Триста лет…

Няня 2-я: О, замечательно! Мы тогда сейчас перед вами будем, ладно? Нашей тоже спать, но только гораздо меньше. Пока ваша проснётся, наша уже замуж выйдет.

Девочка 1-я: А что, у вас тоже царевна?

Девочка 2-я: Царевна!

Девочка 1-я: Спящая? Жуковского?

Девочка 2-я: Мёртвая! Пушкинская!

Девочка 1-я: Какой ужас! Нянечка, давай их пропустим?

Няня 1-я: Ну куда ж деваться – пропустим, конечно…

Девочка 2-я и няня 2-я: Спасибо, золотые! (кланяется)

Няня 2-я: Садись, девочка. Итак…

Под музыку входит 2-я царевна, садится с вышиванием, напевает

Няня 2-я:

Раз царевна молодая,

Милых братьев поджидая,

Пряла, сидя под окном.

Вдруг сердито под крыльцом

Пёс залаял, и девица

Видит: нищая черница

Ходит по двору, клюкой

Отгоняя пса.

Входят черница, на которую бросается Соколко (придётся убедительно играть собаку – готовьтесь! )

Царевна 2-я:

…«Постой,

Бабушка, постой немножко, —

Ей кричит она в окошко, —

Пригрожу сама я псу

И кой-что тебе снесу».

Черница:

Отвечает ей черница:

«Ох ты, дитятко девица!

Пёс проклятый одолел,

Чуть до смерти не заел.

Посмотри, как он хлопочет!

Выдь ко мне».

Няня 2-я:

— Царевна хочет

Выйти к ней и хлеб взяла,

Соколко:

Но с крылечка лишь сошла,

Пёс ей под ноги — и лает,

И к старухе не пускает;

Лишь пойдет старуха к ней,

Он, лесного зверя злей,

На старуху.

Царевна:

«Что за чудо?

Видно, выспался он худо, —

Ей царевна говорит,—

На ж, лови!»

Девочка 2-я:

— и хлеб летит.

Старушонка хлеб поймала;

Черница:

«Благодарствую, — сказала. —

Бог тебя благослови;

Вот за то тебе, лови!»

Девочка 2-я:

И к царевне наливное,

Молодое, золотое

Прямо яблочко летит…

Соколко:

Пёс как прыгнет, завизжит…

Но царевна в обе руки

Хвать — поймала.

Черница:

«Ради скуки,

Кушай яблочко, мой свет.

Благодарствуй за обед», —

Старушоночка сказала,

Поклонилась и пропала…

Соколко:

И с царевной на крыльцо

Пёс бежит и ей в лицо

Жалко смотрит, грозно воет,

Словно сердце пёсье ноет,

Словно хочет ей сказать:

Брось!

Царевна:

— Она его ласкать,

Треплет нежною рукою;

«Что, Соколко, что с тобою?

Ляг!»

Няня 2-я:

— и в комнату вошла,

Дверь тихонько заперла,

Под окно за пряжу села

Ждать хозяев, а глядела

Всё на яблоко.

Девочка 2-я:

Оно

Соку спелого полно,

Так свежо и так душисто,

Так румяно-золотисто,

Будто медом налилось!

Видны семечки насквозь…

Няня 2-я:

Подождать она хотела

До обеда, не стерпела,

Девочка 2-я:

В руки яблочко взяла,

Няня 2-я:

К алым губкам поднесла,

Девочка 2-я:

Потихоньку прокусила

Няня 2-я:

И кусочек проглотила…

Вдруг она, моя душа,

Царевна 2-я:

Пошатнулась не дыша,

Белы руки опустила,

Плод румяный уронила,

Закатилися глаза,

И она под образа

Головой на лавку пала

И тиха, недвижна стала…

Соколко:

Пёс на яблоко стремглав

С лаем кинулся, озлился,

Проглотил его, свалился

И издох. Напоено

Было ядом, знать, оно.

Входят братья богатыри, печально смотрят на царевну. Эту сцену мы можем выбросить вовсе, если нам не хватить богатырей. Если парни хотят вторую роль и это не накладывается на первую, то я готова этот кусочек оставить – решайте сами.

1-й богатырь:

Перед мертвою царевной

Братья в горести душевной

Все поникли головой

2-й богатырь:

И с молитвою святой

С лавки подняли, одели,

Хоронить её хотели

3-й богатырь:

И раздумали. Она,

Как под крылышком у сна,

Так тиха, свежа лежала,

Что лишь только не дышала.

4-й богатырь:

Ждали три дня, но она

Не восстала ото сна.

5-й богатырь:

Сотворив обряд печальный,

Вот они во гроб хрустальный

Труп царевны молодой

Положили — и толпой

Понесли в пустую гору,

6-й богатырь:

И в полуночную пору

Гроб её к шести столбам

На цепях чугунных там

Осторожно привинтили,

И решёткой оградили;

Няня 2-я:

И, пред мертвою сестрой

Сотворив поклон земной,

Старший молвил:

7-й богатырь:

«Спи во гробе.

Вдруг погасла, жертвой злобе,

На земле твоя краса;

Дух твой примут небеса.

Нами ты была любима

И для милого хранима —

Не досталась никому,

Только гробу одному».

Братья, всхлипывая, расходятся. Обе девочки, обнимаясь, плачут. Няни, вздыхая, сочувственно переглядываются.

Няня 1-я (подходя к 1-й царевне, обращается своей девочке):

Много было смельчаков

(По сказанью стариков),

В лес брались они сходить,

Чтоб царевну разбудить;

Даже бились об заклад

И ходили – но назад

Не пришел никто. С тех пор

В неприступный, страшный бор

Ни старик, ни молодой

За царевной ни ногой.

Время ж все текло, текло;

Вот и триста лет прошло.

Девочка:

Что ж случилося?

Царевич:

В один

День весенний царский сын,

Забавляясь ловлей, там

По долинам, по полям

С свитой ловчих разъезжал.

Вот от свиты он отстал;

И у бора вдруг один

Очутился царский сын.

Бор, он видит, темен, дик.

Старик:

С ним встречается старик.

Царевич:

С стариком он в разговор:

«Расскажи про этот бор

Мне, старинушка честной!»

Старик:

Покачавши головой,

Все старик тут рассказал,

Что от дедов он слыхал

О чудесном боре том:

Как богатый царский дом

В нем давным-давно стоит,

Как царевна в доме спит,

Как ее чудесен сон,

Как три века длится он,

Как во сне царевна ждет,

Что спаситель к ней придет;

Как опасны в лес пути,

Как пыталася дойти

До царевны молодежь,

Как со всяким то ж да то ж

Приключалось: попадал

В лес, да там и погибал.

Царевич:

Был детина удалой

Царский сын; от сказки той

Вспыхнул он, как от огня;

Шпоры втиснул он в коня;

Прянул конь от острых шпор

И стрелой помчался в бор (с посвистом «скачет» со сцены за дверь)

Няня 2-я (подходя к 2-й царевне, обращаясь к своей девочке):

За невестою своей

Королевич Елисей

Между тем по свету скачет.

Елисей:

Нет как нет! Он горько плачет,

И кого ни спросит он,

Всем вопрос его мудрен;

Девочка 2-я:

Кто в глаза ему смеется,

Кто скорее отвернется;

К красну солнцу наконец

Обратился молодец.

Елисей:

«Свет наш солнышко! ты ходишь

Круглый год по небу, сводишь

Зиму с теплою весной,

Всех нас видишь под собой.

Аль откажешь мне в ответе?

Не видало ль где на свете

Ты царевны молодой?

Я жених ей».

(Над кулисами появляется Солнце):

Солнце:

«Свет ты мой, —

Красно солнце отвечало, —

Я царевны не видало.

Знать, её в живых уж нет.

Разве месяц, мой сосед,

Где-нибудь её да встретил

Или след её заметил». (Медленно опускается вниз)

Няня 2-я:

Темной ночки Елисей

Дождался в тоске своей.

Только месяц показался, (Месяц появляется на месте Солнца)

Он за ним с мольбой погнался.

Елисей:

«Месяц, месяц, мой дружок,

Позолоченный рожок!

Ты встаёшь во тьме глубокой,

Круглолицый, светлоокий,

И, обычай твой любя,

Звёзды смотрят на тебя.

Аль откажешь мне в ответе?

Не видал ли где на свете

Ты царевны молодой?

Я жених ей».

Месяц:

«Братец мой, —

Отвечает месяц ясный, —

Не видал я девы красной.

На стороже я стою

Только в очередь мою.

Без меня царевна видно

Пробежала».

Елисей

— «Как обидно!» —

Королевич отвечал.

Месяц

Ясный месяц продолжал:

«Погоди; об ней, быть может,

Ветер знает. Он поможет.

Ты к нему теперь ступай,

Не печалься же, прощай».

Вокруг Елисея и мимо зрителей начинает бегать Ветер.

Девочка 2-я:

Елисей, не унывая,

К ветру кинулся, взывая:

Елисей:

«Ветер, ветер! Ты могуч,

Ты гоняешь стаи туч,

Ты волнуешь сине море,

Всюду веешь на просторе.

Не боишься никого,

Кроме бога одного.

Аль откажешь мне в ответе?

Не видал ли где на свете

Ты царевны молодой?

Я жених её».

Ветер:

«Постой, —

Отвечает ветер буйный, —

Там за речкой тихоструйной

Есть высокая гора,

В ней глубокая нора;

В той норе, во тьме печальной,

Гроб качается хрустальный

На цепях между столбов.

Не видать ничьих следов

Вкруг того пустого места,

В том гробу твоя невеста».

Ветер дале побежал.

Няня 2-я:

Королевич зарыдал

И пошел к пустому месту

На прекрасную невесту

Посмотреть ещё хоть раз.

Вот идет; и поднялась

Перед ним гора крутая;

Вкруг неё страна пустая;

Под горою темный вход.

Он туда скорей идёт.

Музыка, затемнение, приходят все, заснувшие в сказе Жуковского и укладываются поудобнее Свет. Елисей путешествует между кулисами и залом, заглядывая во все щели. Прибегает первый Царевич.

Царевич:

Что ж явилося очам

Сына царского? Забор,

Ограждавший темный бор!

Няня:

Ехал гладким он путем

Час, другой; вот наконец

Перед ним стоит дворец,

Царевич:

Зданье – чудо старины;

Ворота отворены;

В ворота въезжает он;

На дворе встречает он

Тьму людей, и каждый спит:

Тот как вкопанный сидит;

Тот не двигаясь идет;

Тот стоит, раскрывши рот,

И, три века недвижим,

Не стоит он, не лежит

И, упасть готовый, спит.

Изумлен и поражен

Царский сын.

Няня:

Проходит он

Между сонными к дворцу;

Приближается к крыльцу:

По широким ступеням

Хочет вверх идти;

Царь Матвей

…но там

На ступенях царь лежит

Царица:

И с царицей вместе спит.

Царевич:

«Путь наверх загорожен.

Как же быть? – подумал он. -

Где пробраться во дворец?»

Но решился наконец,

И, молитву сотворя…

Царь Матвей:

Он шагнул через царя.

Девочка:

Весь дворец обходит он;

Пышно все, но всюду сон,

Гробовая тишина.

Няня:

Вдруг глядит: отворена

Дверь в покой; в покое том

Вьется лестница винтом

Вкруг столба; по ступеням

Он взошел.

Девочка:

И что же там?

Царевич по ошибке подходит ко 2-й царевне.

Царевич:

Вся душа его кипит,

Перед ним царевна спит.

Царевна:

Как дитя, лежит она,

Распылалася от сна;

Молод цвет ее ланит,

Меж ресницами блестит

Пламя сонное очей;

Ночи темныя темней,

Сжаты в легких сапожках

Ножки – чудо красотой.

Неподвижно спит она.

Что ж разрушит силу сна?

Царевич:

Он души не удержал

И ее поцеловал.

Царевич целует руку 2-й царевны. Никакой реакции.

Няня 2-я:

И её поцеловал!

Царевич ещё раз целует руку невесты, но реакции нет. Царевич застывает, прижавшись лбом к руке 2-й царевны. В это время Елисей нащупывает «гроб» 1-й царевны и, решив, что это и есть его невеста, печально встаёт перед ним.

Няня 2-я:

Перед ним, во мгле печальной,

Гроб качается хрустальный,

И в хрустальном гробе том

Спит царевна вечным сном.

И о гроб невесты милой

Он ударился всей силой.

Королевич бьётся о «гроб». Никакой реакции.

Няня 2-я (повторяет):

И о гроб невесты милой

Он ударился всей силой.

Королевич ещё раз бьётся о «гроб». Никакой реакции.

ПОВЕСТВОВАТЕЛИ:

Макар: Ха, они всё-таки запутались.

Катя: Да… Ты был прав. И что теперь делать!

Макар: Надо им помочь.

Катя: Елисей, обернись!

Макар: Царевич, посмотри назад!

Елисей потирает ушибленный бок, недоумённо оборачивается, замечает царевича. Царевич поднимает голову, замечает Елисея.

Царевич: Что-то у меня не получается ничего…

Елисей: И у меня не работает…

Царевич: Не просыпается. Как же быть?

Елисей: Не оживает… Что же делать?

Девочка 1-я: Царевич, ты запутался! Вон твоя царевна! (берёт его за руку и ведёт к царевне 1-й)

Девочка 2-я: Елисей, посмотри, вон твоя невеста! (ведёт его за руку к царевне 2-й)

Няня 2-я:

И о гроб невесты милой

Он ударился всей силой!

Елисей:

Гроб разбился. Дева вдруг

Ожила.

Царевна 2-я:

Глядит вокруг

Изумленными глазами,

И, качаясь над цепями,

Привздохнув, произнесла:

«Как же долго я спала!»

И встает она из гроба…

Елисей и Царевна 2-я:

Ах!.. и зарыдали оба.

Няня 1-я:

Он души не удержал

И её поцеловал. (Царевич целует руку царевны, та медленно поднимается)

Царевна:

Вмиг проснулася она;

Няня 1-я:

И за нею вмиг от сна

Поднялося все кругом:

Царь Матвей и царица (по очереди):

Царь, царица, царский дом;

Снова говор, крик, возня;

Все как было; словно дня

Не прошло с тех пор, как в сон

Весь тот край был погружен.

Царь Матвей:

Царь на лестницу идет;

Нагулявшися, ведет

Он царицу в их покой;

Сзади свита вся толпой;

Царица:

Всё бывалое – один

Небывалый царский сын.

Няня:

Он с царевной наконец

Сходит сверху; мать, отец

Принялись их обнимать.

Девочка 1-я:

Что ж осталось досказать?

Вбегает Черница, уже переодевшаяся в царицу-мачеху 2-й царевны. Рядом семенит Зеркальце.

Няня 2-я:

Дома в ту пору без дела

Злая мачеха сидела

Перед зеркальцем своим

И беседовала с ним,

Говоря:

Мачеха:

«Я ль всех милее,

Всех румяней и белее?»

Зеркальце:

И услышала в ответ:

«Ты прекрасна, слова нет,

Но царевна всё ж милее,

Всё румяней и белее».

Мачеха:

Злая мачеха, вскочив,

Об пол зеркальце разбив,

В двери прямо побежала

(Входят Елисей с невестой, с одной стороны, и царевич с царевной – с другой)

И царевну повстречала.

Тут её тоска взяла,

И царица умерла.

Няня 2-я:

Лишь её похоронили,

Свадьбу тотчас учинили,

И с невестою своей

Обвенчался Елисей;

Елисей, Царевич и обе царевны:

И никто с начала мира

Не видал такого пира

Старик:

Свадьба, пир, и я там был

И вино на свадьбе пил;

По усам вино бежало,

В рот же капли не попало.

3-я часть. Гробовщик

Мальчишка – Елисей

Леший – Кирилл

Адриан Прохоров – Петя

Шульц – Гриша

Служанка Аксинья – Варя

БригадирГеоргий

Все желающиепризраки в гостях у гробовщика.

ПОВЕСТВОВАТЕЛИ

Катя (в зал): Здорово, правда?

Макар: Ну уж точно лучше твоих научных определений.

Катя: Не ворчи. (в зал) Вам понравилось?

Из зрительного зала появляется Мальчишка.

Мальчишка: Какая-то всё это ерунда! Про любовь, да про невест – сказки всё это! Разве можно под такое заснуть?

Катя: Батюшки! И под что же надо засыпать?

Мальчишка: Под самые настоящие страшилки!

Катя: Угу… точно…

Макар: Да ладно, прикольно! Страшилки, говоришь?

Мальчишка: Вот это истории – это да!

Макар: Ну вот и расскажи нам.

Мальчишка: Один не смогу. Но сколько их знает мой сосед – дядя Лёша! Его ещё Лешим прозвали за то, что в лесу часто бывает и много разных историй знает. Можно я его позову?

Катя: Ну зови.

Макар: Давай-давай.

Мальчишка: Дядь-Леший! Дядя Лёша-а! Идите к нам!!

Входит дядя Леший, ворчит:

Леший: Ну чего тебе, парень?

Мальчишка: Дядь-Леший, расскажи историю!

Леший: А ну тебя!

Мальчишка: Ну дя-ядь, ну пожалуйста, а то мне не спится. Своими девчачьими сказками весь сон отбили! Ну дя-ядь, пожалуйста!

Леший (добродушно): Ладно-ладно, вот пристал. Слушай.

Свет. Музыка. Леший и Мальчишка отходят в угол сцены. Выходит и садится грустный Адриян Прохоров (гробовщик) один, на стуле посреди сцены. Ему тоскливо и плохо.

Прохоров: Я гробовщик, продаю и обиваю гробы простые и крашеные, также отдаю на прокат и починяют старые». (спрашивает у зала): Никого не интересует? Ну вот… никого… Так я и знал… Вот, говорят, у меня нрав тяжёлый. А мой нрав совершенно соответствует мрачному моему ремеслу.

Леший: Адриян Прохоров обыкновенно был угрюм и задумчив. Он прекращал молчание разве только для того, чтобы журить своих дочерей, когда заставал их без дела глазеющих в окно на прохожих, или чтоб запрашивать за свои произведения преувеличенную цену у тех, которые имели несчастие (а иногда и удовольствие) в них нуждаться.

Прохоров: И мысли-то всё такие невесёлые. Вспоминаю я проливной дождь, который, за неделю тому назад, встретил у самой заставы похороны отставного бригадира. Многие мантии от того сузились, многие шляпы покоробились. Ведь неминуемы теперь расходы, ибо давний запас гробовых нарядов приходит у меня в жалкое состояние. Хорошо бы возместить убыток на старой купчихе Трюхиной, которая уже около года при смерти, (возмущённо) да всё никак не помрёт! И живёт-то она где – на Разгуляе! Боюсь, ее наследники, не смотря на свое обещание, поленятся послать за мной в такую даль – не дай бог сторгуются просто-напросто ближайшим подрядчиком.

Стучат в дверь.

Прохоров: Кто там?

Шульц (весело и бодро): Извините, любезный сосед, что я Вам помешал… я желал поскорее с Вами познакомиться. Я сапожник, имя мое Готлиб Шульц, и живу от вас через улицу, в этом домике, что против ваших окошек. Завтра праздную мою серебряную свадьбу, и я прошу вас и ваших дочек отобедать у меня по-приятельски.

Прохоров: Благодарю Вас, приду. Садитесь, Готлиб. Хотите чаю?

Шульц: Охотно, благодарствуйте!

Прохоров: Эй, самовар подайте! (Шульцу) Каково торгует ваша милость? (Служанка вносит самовар)

Шульц: Э-хе-хе, и так и сяк. Пожаловаться не могу. Хоть, конечно, мой товар не то, что ваш: живой без сапог обойдется, а мертвый без гроба не живет.

Прохоров: Сущая правда, однако ж, если живому не на что купить сапог, то не прогневайся, ходит он и босой; а нищий мертвец и даром берет себе гроб.

Леший: Так, приятно беседуя, провели они несколько времени. Под конце, прощаясь, Шульцу вдруг пришла в голову странная острота.

Шульц: А давайте-ка мы с вами, сосед, пожелаем здоровья тем, на которых мы работаем!

Прохоров: Что?! Вы забываетесь, сосед!

Шульц (выходя): Отчего же? пожелай, батюшка, здоровья своим мертвецам! (веселится своей шутке и уходит). Входит служанка, собирает чашки со стола на поднос.

Прохоров (себе, рассерженно): Что ж это, в самом деле, чем ремесло мое не честнее прочих? разве гробовщик брат палачу? чему смеётся этот басурманин? разве гробовщик – шут гороховый? Хотелось было мне позвать его на новоселье, задать им пир горой: ин не бывать же тому! А созову я тех, на которых работаю: мертвецов православных.

Служанка: Что ты, батюшка? Что ты это городишь? Перекрестись! Созывать мертвых на новоселие! Экая страсть! (уходит)

Прохоров: Ей-богу, созову, и на завтрашний же день. Милости просим, мои благодетели, завтра вечером у меня попировать; угощу, чем бог послал!

Вбегает Служанка.

Служанка: Трюхина! Купчиха Трюхина скончалась! Этой ночью скончалась!

Прохоров (крестясь, радостно): Царствие Небесное! (потирает руки) Царствие Небесное!

Пока он крестится, несколько человек, закутываясь в плащ / платок (лиц не видно), медленно появляются в дверях, часть проходит за кулисы. В какой-то момент Адриян замечает это.

Прохоров: Что бы это значило? Кому опять до меня нужда? Уж не вор ли ко мне забрался? Чего доброго!

Только что зашедший гость почтительно кланяется Прохорову, когда он поворачивается к ним.

Леший: Адрияну лицо гостя показалось знакомо, но второпях не успел он порядочно его разглядеть.

Прохоров: Вы пожаловали ко мне? Войдите же, сделайте милость.

Шость (глухо): Не церемонься, батюшка, ступай себе вперед; указывай гостям дорогу!

Прохоров: Что за дьявольщина!

Леший: Адрияну и некогда было церемониться. Калитка была отперта, он пошел на лестницу, и тот за ним. Адрияну показалось, что по комнатам его ходят люди. Они с гостем вошли и…

Из-за кулис выходят привидения и, медленно передвигаясь, заполняют всё пространство сцены, окружают гробовщика.

Мальчишка: Комната полна была мертвецами. Луна сквозь окна освещала их желтые и синие лица, ввалившиеся рты, мутные, полузакрытые глаза и высунувшиеся носы….

Прохоров: Батюшки светы! Да это же мои покойники! А это… (поворачивается на последнего гостя) бригадир, похороненный во время проливного дождя!

Все кланяются и приветствуют Прохорова.

Бригадир-покойник: Видишь ли, Прохоров, все мы поднялись на твое приглашение; остались дома только те, которым уже не в мочь, которые совсем развалились, да у кого остались одни кости без кожи, но и тут один не утерпел — так хотелось ему побывать у тебя….

Леший: В эту минуту маленькой скелет продрался сквозь толпу и приближился к Адрияну (Мальчишка, изображая этого гостя, подходит к Прохору). Череп его ласково улыбался гробовщику.

Мальчишка: Ты не узнал меня, Прохоров? Помнишь ли отставного сержанта гвардии Петра Петровича Курилкина, того самого, которому, в 1799 году, ты продал первый свой гроб сосновый за дубовый?»

Леший: С сим словом мертвец простер ему костяные объятия — но Адриян, собравшись с силами, закричал и оттолкнул его.

Прохоров кричит, отталкивает призрака, призрак падает на остальных, все они «рассыпаются» по полу, Прохоров падает без чувств.

Леший и Мальчишка подходят к Прохорову и светят на него фонариками.

Леший: Солнце давно уже освещало постелю, на которой лежал гробовщик. Наконец открыл он глаза и с ужасом вспомнил Адриян все вчерашние происшествия.

Мальчишка: Умершая Трюхина, бригадир и сержант Курилкин смутно представились его воображению.

Входит служанка.

Прохоров (робко): Ну что, Аксиньюшка?

Служанка: Как ты заспался, батюшка, Адриян Прохорович. К тебе заходил сосед портной, и здешний будочник забегал, да ты изволил почивать, и мы не хотели тебя разбудить».

Прохоров: А приходили ко мне от покойницы Трюхиной?

Служанка: Покойницы? Да разве она умерла?

Прохоров: Эка дура! Да не ты ли пособляла мне вчера улаживать ее похороны?

Служанка: Что ты, батюшка? не с ума ли спятил? Какие были вчера похороны? Ты весь вечер пировал с немцем — потом завалился в постелю, да и спал до сего часа, как уж к обедне отблаговестили.

Прохоров (обрадованно): Ой ли!

Служанка: Вестимо так.

Прохоров: Ну, коли так, давай скорее чаю!

Мальчишка: Вот это – настоящая страшилка на ночь! Спасибо, дядь Леший!

Леший: На здоровье, парень.

По вашим «заявкам» на репетиции:

(в скобках – те, кто может не всякий раз в этот день)

Если здесь есть ошибки или у вас что-то изменилось, напишите, пожалуйста.

Понедельник

Вторник

Среда

Четверг

Пятница

Суббота

Алиса

Алиса

Алиса

Алиса

Алиса

Алиса

(Аркаша)

(Аркаша)

(Аркаша)

(Аркаша)

(Аркаша)

Аркаша

Артур

Артур

Артур

Артур

Артур

Артур

Варя

Варя

Варя

Георгий

(Георгий)

Георгий

Даша

(Даша)

Даша

(Даша)

(Даша)

Елисей

Елисей

Елисей

Елисей

Женя

(Женя)

(Женя)

Женя

Катя К.

Катя К.

Катя К.

Катя К.

(Катя С.)

Катя С.

(Катя С.)

Катя С.

Катя С.

Кирилл

Кирилл

Кирилл

Кирилл

Кирилл

Кирилл

Ксюша Б. (с 16)

Ксюша Б.

Ксюша Б. (с 16)

Ксюша Б.

Ксюша Б.

Ксюша Б.

Ксюша Ф.

Ксюша Ф.

Лиза

Лиза

Лиза

Лиза

Макар

Макар

Макар

Настя

(Настя)

Настя

Паша

Паша

Паша

Паша

Паша

Паша

Петя

Петя

Петя

Рустам

Рустам

Рустам

Рустам

Рустам

Рустам

Тася

Тася

Тася

Тася

Даня

Даня

Даня

Даня

Даня

Ульяна

Ульяна

Серёжа К.

Серёжа К.

Серёжа К.

Серёжа К.

Серёжа К.

Антон

Антон

Антон

Антон

Маша

Маша

Маша

Маша




Предыдущий:

Следующий: