програмирования течения в соц кольцах

Партнёрские отношения в ракурсе психологических признаков РАЦИОНАЛЬНОСТИ — ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ, СУБЪЕКТИВИЗМА — ОБЪЕКТИВИЗМА, УПРЯМСТВА — УСТУПЧИВОСТИ.

1.РАЦИОНАЛЬНЫЙ подход к партнёрским отношениямРАЦИОНАЛЬНЫЙ ПОДХОД К ПАРТНЁРСКИМ ОТНОШЕНИЯМ (рациональный аспект — аналитический, иррациональный — творческий).Для РАЦИОНАЛЬНОГО подхода к партнёрским отношениям характерно:1. Осознание партнёрских отношений как надёжной и прочной системы (взаимодействия).2. Осознание себя и партнёра как стабилизирующей, бессменной и постоянной (незаменимой) части этой системы.ПРЕИМУЩЕСТВО РАЦИОНАЛЬНОГО ПОДХОДА К ОТНОШЕНИЯМ:

стабильность, надёжность, прочность, защищённость в экстремальной ситуации,

чёткая и жёсткая определённость, допускающая минимум контроля («Вот я, а вот мой партнёр. Мы друг другу доверяем, друг на друга полагаемся, как на себя; лишним контролем себя не утруждаем: есть дела поважней»),

полная и взаимная отдача во всём;

прагматизм, деловой и этический рационализм: всегда есть, на кого полагаться в трудную минуту, есть к кому обратиться за помощью, за поддержкой; не нужно тратить время на поиски случайных или альтернативных вариантов помощи и поддержки;

отсутствие излишних и обременительных компонентов системы: права и обязанности распределяются на двоих.

Отношений вне полной отдачи в плане взаимных обязательств РАЦИОНАЛ (и особенно, ИНТРОВЕРТ) себе не представляет: какие же это отношения без обязательств? — так, — тусовка, на которую и время — то тратить жаль!Партнёрские отношения воспринимаются РАЦИОНАЛОМ как взаимо удобная и взаимо выгодная взаимозависимость. Ориентироваться на ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ (неопределённое, не просчитанное) РАЦИОНАЛУ очень неудобно.Отсюда и вывод: «Ставить себя в зависимость от воли, решения, мнения, планов одного партнёра — это ещё куда ни шло (и то, если только очень нужно приспособиться), но ставить себя в зависимость от воли, решения, мнения, условий и планов нескольких партнёров — это всё равно, что решать задачу со множеством неизвестных: от каждого «неизвестного» быть зависимым, с каждым партнёром (при всех, связанных с ним «неизвестных» условиях и обстоятельствах) согласовывать своё мнение, с каждым координировать свои действия, на каждого полагаться, каждому доверять, каждому быть подотчётным, подконтрольным, обязанным (это если пытаться со всеми ладить), с каждым быть связанным взаимными обязательствами, — всё это слишком сложно и обременительно. Проще полагаться только на одного партнёра и угождать только ему. Хотя, конечно, определённый риск и определённая моральная и психологическая нагрузка здесь присутствует. Но этот риск считается здесь оправданным: трудности, как и результаты труда делятся только на двоих (либо, с согласия друг друга ими делятся только двое). Учёт расходов и доходов (в идеале) проводится без особых проблем. Утаивать доходы и расходы в рациональных диадах не принято — здесь это приравнивается к воровству, к измене взаимным интересам партнёров.В рациональной диаде важно

соблюдение равновесия прав и обязанностей,

соблюдения баланса сил и возможностей.

Нарушение силового и возможностного баланса неминуемо приводит к распаду отношений: партнёр, посчитавший себя обманутым и обделённым, начинает с избытком восполнять упущенное до тех пор, пока силы и возможности позволяют. Материальные ресурсы стремительно истощаются, дефицит материальных средств обостряется, а вместе с ними обостряется и конфликт между партнёрами. Отношения переходят в фазу силового и возможностного противоборства, при котором каждый старается «восстановить справедливость» за счёт другого. О восстановлении равенства прав и баланса сил здесь уже говорить не приходится. Каждый в происходящем винит партнёра. Каждый подумывает о смене партнёра (один собирается искать более честного, другой — более щедрого).Вне этих осложнений отношение к спонтанной и самовольной смене партнёра воспринимаются как:

нарушение уставных договорённостей (в диаде рассуждающих субъективистов Гюго — Робеспьер)

измена присяге (в диаде решительных субъективистов Гамлет — Максим),

как тягчайший грех (в диаде решительных объективистов Джек — Драйзер),

измена партнёрским обязательствам (в диаде рассуждающих объективистов Штирлиц — Достоевский).

2. ИРРАЦИОНАЛЬНЫЙ подход к партнёрским отношениямИРРАЦИОНАЛЬНЫЙ ПОДХОД К ПАРТНЁРСКИМ ОТНОШЕНИЯМ (иррациональный аспект — аналитический, рациональный — творческий).ИРРАЦИОНАЛ посчитает неразумным делать ставку только на одного партнёра — на его дружбу, верность долгу и обязательствам. Такая жёсткость и ограниченность сферы партнёрских отношений покажется ему пределом беспечности и неосмотрительности. Полагаться на одного партнёра — это всё равно, что хранить все активы только в одно банке (или «складывать все яйца только в одну корзину»). А ну, как он изменит, этот единственный и незаменимый партнёр? И что тогда делать? Призывать небеса во свидетели? Плакаться друзьям в жилетку?! А так, — хотя бы нагрузка — социальная, психологическая, физическая, моральная — распределяется не между двумя партнёрами, а между несколькими. Три точки опоры куда удобней, чем две. Через них можно провести плоскость. И даже бесконечно большую. А не только одну линию, по которой ходи взад — вперёд, как по тюремному коридору, и никто тебе не поможет.По мнению ИРРАЦИОНАЛА полагаться только на одного партнёра — это так же нелепо, как торговать только с одной фирмой, или заключать договор только с одним поставщиком.Чем больше доверия оказывается одному партнёру, чем больше надежд на него возлагают,

тем больше риска моральной, материальной, социальной и психологической зависимости от него,

тем строже контроль и спрос с него,

тем меньше свободы ему предоставляют

тем больше ограничений ему навязывают,

тем выше требования к нему предъявляются,

тем большее давление на него оказывают,

тем больше боятся будущих осложнений с ним.

ИРРАЦИОНАЛУ в таком партнёрствe существовать и не выгодно, и не удобно: все нагрузки (физические, моральные, психологические) и весь риск сосредотачивается только на нём.РАЦИОНАЛУ же неудобно существовать в ИРРАЦИОНАЛЬНОМ партнёрстве, — где большая часть ответственности и нагрузки распределяется между какими — то неучтёнными (или неизвестными ему) виртуальными или мнимо — реальными личностями или объектами, количество и значимость которых постоянно варьируется, не просматривается, не просчитывается, не предсказывается. Вероятность блефа (с последующим полным банкротством отношений) при этом остаётся очень высокой. А так — куда как удобно: вот он, твой единственный и незаменимый партнёр, про него всё известно…А известно ли? Известно только то, что он сам про себя рассказывает. Это и считается правдой… До поры — до времени…3. РАЦИОНАЛ И ИРРАЦИОНАЛ в противоположной системе отношений.РАЦИОНАЛЬНАЯ доминанта позволяет рассматривать партнёрские (в том числе и брачные) отношения как систему взаимодействия, подчиняющуюся стройным, разумным логическим и этическим правилам, социально и экологически обусловленным и жизненно необходимым.ИРРАЦИОНАЛЬНАЯ доминанта позволяет рассматривать партнёрские отношения как широкую, всесторонне развивающуюся сферу взаимодействия, подчинённую личным перспективным целям и планам, ориентированную на личный силовой и возможностный потенциал.РАЦИОНАЛ, привыкший чувствовать себя в РАЦИОНАЛЬНЫХ отношениях их постоянной составляющей, несущей определённую и сверх значимую смысловую и функциональную нагрузку, в ИРРАЦИОНАЛЬНЫХ отношениях начинает ощущать себя «переменной величиной» и «взаимозаменяемым» (а потому, — излишним и необязательным) элементом системы. Считает себя первым (или возможным) кандидатом на выбывание, поэтому и смысла в таких отношениях не видит. Может изначально в такие отношения не вступать, считая их неудобными для себя и бесперспективными.Если волею обстоятельств оказался втянут в такие отношения, будет бороться с обстоятельствами, стараясь сделать эти отношения моногамными (иначе он не сможет им доверять и в них ориентироваться). РЕШИТЕЛЬНЫЙ РАЦИОНАЛ может пойти на крайние меры, стараясь перестроить ИРРАЦИОНАЛЬНЫЕ отношения в РАЦИОНАЛЬНЫЕ. (Как это, например, сделала героиня поэмы А.С. Пушкина «Бахчисарайский фонтан», Зарема (ЭИЭ, Гамлет): ощущая непрочность своего положения и желая вернуть себе прежнее расположение мужа (хана Гирея), она в порыве отчаяния убивает свою соперницу — новую фаворитку своего мужа, польскую княжну Марию, которая тоже (но уже по другим причинам) не могла приспособиться к этим гаремным отношениям и ощущала себя в них «лишним элементом».)ИРРАЦИОНАЛ в РАЦИОНАЛЬНОЙ системе отношений испытывает слишком большую нагрузку на ЛОГИЧЕСКИЕ и ЭТИЧЕСКИЕ аспекты, которые в структуре его модели соответствуют творческим аспектам и которыми он, в силу чрезмерной моральной и социальной нагрузки, ТВОРЧЕСКИ МАНИПУЛИРОВАТЬ УЖЕ НЕ МОЖЕТ, ИЗ — ЗА ЧЕГО ОЩУЩАЕТ СЕБЯ «СКОВАННЫМ ПО РУКАМ И НОГАМ», ОГРАНИЧЕННЫМ В ПРАВАХ И ВОЗМОЖНОСТЯХ. Пытаясь высвободиться из этих оков, он начинает ломать моральные и структурные основы этих отношений, пытаясь присвоить себе большие права и возможности.РАЦИОНАЛЬНЫЙ партнёр, сталкиваясь с таким противоборством ИРРАЦИОНАЛА, чувствует себя незащищённым. У него возникает ощущение потери устойчивости отношений, потери опоры, потери фундаментальных основ этих отношений, потери координации, потери возможности ориентироваться в них. Возникает ощущение шока, ступора, прострации — ощущение того, что мир рушится и земля уходит из — под ног. И всё это сопровождается сильнейшим стрессом, поскольку «система отношений» — это теперь он сам. Вне его теперь уже системы отношений нет. Выбившийся из системы партнёр («сбившийся с толку», «сбившийся с пути»), теперь оказывается «случайным», «чужеродным» элементом, даже если отношения с ним формально ещё не расторгнуты. (РАЦИОНАЛ — СУБЪЕКТИВИСТ может ещё долго привязываться к этой формальности, может опираться на неё, отстаивая свои права (всё — таки какой — то «ярлык», «штамп», «печать в паспорте», подтверждающая законность его притязаний, существует). Может попытаться выправить ситуацию, воздействуя на партнёра через эту формальную привязку, апеллируя к более широким системным связям и отношениям (в прежние времена обращались с жалобами в общественные организации — в местком, в партком, —желая повлиять на партнёра и вернуть его, как «элемент системы» на прежнее место (ввернуть, как винтик в механизм, из которого он выпал).ИРРАЦИОНАЛ, благодаря способности переводить реальные связи и отношения в мнимо — реальные и наоборот, в этих мерах воздействия не нуждается: он может вести с партнёром двойную игру, жить двойной жизнью, сохранять видимость партнёрских отношений, считая себя свободным от обязательств перед кем — бы то ни было, в соответствии с собственным представлениям об этичности, нравственности и целесообразности той или иной формы отношений. (Наиболее защищённым в этом плане оказывается ИРРАЦИОНАЛ — ОБЪЕКТИВИСТ, занижающий значимость системных отношений до предела. Следуя принципу «Система передо мной в неоплатном долгу», свои обяз;ательс;тва перед системой (в партнёрских, в семейных отношениях) он выполняет крайне неохотно.)4. ИРРАЦИОНАЛЫ. БОРЬБА ЗА ПРЕИМУЩЕСТВА В ПАРТНЁРСКИХ ОТНОШЕНИЯХМногообразие форм взаимодействия с окружающим миром позволяют ИРРАЦИОНАЛУ гибко и изобретательно бороться за сохранение преимуществ в удобных и выгодных для него партнёрских отношениях. Подменяя реальные обстоятельства мнимыми, ИРРАЦИОНАЛ может с лёгкостью нейтрализовать реального или потенциального конкурента, — вытеснить его из системы, «вывести за скобки», унизить, деморализовать, сыграть на его честолюбии и втянуть в опасную конкуренцию, сделать его жертвой чужой (или собственной) алчности, похоти, амбиций.Вариантов здесь может быть бесчисленное множество. Главная цель — придумать и разыграть хитроумную комбинацию, при которой бы конкуренту были навязаны другие связи и отношения, делающие его морально и социально зависимым.(Если, к примеру, некий молодой человек, имеющий больше шансов на лёгкий и быстрый успех, успел снискать расположение твоей любимой девушки, выход можно найти очень простой: нужно направить к сопернику с незначительным поручением (с «дружеским приветом» и сопроводительным письмом) другую девушку, страстно желающую выйти замуж, предварительно расписав ей все достоинства этого человека и блестящие перспективы с ним связанные. Остальное — вопрос личной инициативы и предприимчивости этой девушки. Если парень действительно того стоит, она всеми средствами постарается его удержать.Примерно таким способом один молодой человек (ИЭИ, Есенин) отстранил жениха и дуала от приглянувшейся ему девушки — Драйзера. Он подослал к нему с незначительным поручением (рекомендательным письмом) свою двоюродную сестру (ЭИИ, Достоевского), которая чуть ли не в день знакомства сделала Джеку заманчивое предложение, — уехать вместе с ней к её близким родственникам в одну из стран Дальнего Зарубежья на постоянное место жительства. Рекомендательное письмо, которое она принесла с собой, подтверждало достоверность этой информации. Джек, не раздумывая, женился на своей новой знакомой. А через несколько месяцев, когда молодой муж с нетерпением ожидал прибавление семейства (с тем, чтобы уже и на новорожденного начать оформлять документы на выезд), выяснилось, что никаких родственников в Дальнем Зарубежье у его жены нет, её предложение оказалось фикцией. Тем временем её двоюродный брат — Есенин (тот, кто придумал эту хитроумную комбинацию) втёрся в доверие к оставшейся в одиночестве девушке — Драйзеру. Представил её своим родителям как невесту. Стал с ней встречаться, но до свадьбы отношения не довёл, — женился на другой, более обеспеченной девушке, которая к тому же оказалась и его дуалом.)Борясь за доминирующее место в одной системе отношений, ИРРАЦИОНАЛ не перестаёт пребывать в поиске других, более выгодных или удобных вариантов партнёрских отношений, в каждом из которых старается устроится с максимальными для себя удобствами, извлекает максимум пользы из этих отношений, расширяет сферу своего влияния в них, внедряется и обживается в них по максимуму. Претендуя на приоритетное место в системе отношений, отстраняет и вытесняет из них всех мало-мальски опасных ему конкурентов.5. РАЦИОНАЛЫ. БОРЬБА ЗА МЕСТО В СИСТЕМЕВЫТЕСНЕНИЕ ИЗ ПАРТНЁРСКИХ ОТНОШЕНИЙ в результате спонтанной «измены» партнёра РАЦИОНАЛАМИ воспринимается им как:

вытеснение из экосистемы;

вытеснение из экониши;

вытеснение из условий существования;

вытеснение из сферы взаимодействия и взаимопомощи.

Все эти вытеснения сопровождаются страхами, вызванными ощущением незащищённости, неустроенности, обидой, болью, ревностью, завистью к удачливому сопернику, ощущением потери прежних стабильных условий существования и связанных с ними социальных и экологических преимуществ: «Ещё недавно всё было — и дом, и семья, и положение в обществе. Теперь ничего этого нет…».УПРЯМЫЕ РАЦИОНАЛЫ (а они все СУБЪЕКТИВИСТЫ) при этих условиях начинают ожесточённо бороться за сохранение своего места в прежней системе, за свои права, за сохранение своих социальных и экологических привилегий и преимуществ. И не успокаиваются, пока не восстановят систему полностью на ещё более выгодных и преимущественных для себя условиях. (Или, пока не получат высокую материальную компенсацию за понесённый ущерб и потери.)Наиболее ожесточённо сражаются за своё приоритетное место в системе УПРЯМЫЕ-РЕШИТЕЛЬНЫЕ-РАЦИОНАЛЫ-СУБЪЕКТИВИСТЫ (Гамлет —Максим). Требовательность к выполнению установленных правил у обоих партнёров не знает границ. Борьба за качество партнёрских отношений ведётся по самым высоким меркам, на самых строгих и суровых условиях, пренебрежение к которым расценивается как предательство. Преданность и верность в этой диаде возводятся в культ. В верности присягают, в верности клянутся (АРИСТОКРАТЫ). Варианты с расторжением брачных отношений и выплатой компенсации здесь даже не рассматриваются. Сам намёк на возможную супружескую измену здесь уже кажется кощунственным (БЕСПЕЧНЫЕ).УПРЯМЫЕ-РАССУЖДАЮЩИЕ-РАЦИОНАЛЫ-СУБЪЕКТИВИСТЫ (Гюго — Робеспьер) как ПРЕДУСМОТРИТЕЛЬНЫЕ при расторжении отношений запрашивают самую высокую материальную компенсацию за нанесённый ущерб («накопители»). Ревность как страх грядущих материальных потерь и связанной с этим необходимостью заново строить своё материальное благополучие в наибольшей степени свойственна этой диаде.УСТУПЧИВЫЕ-РАЦИОНАЛЫ-ОБЪЕКТИВИСТЫ в большей степени ценят этическую — моральную, нравственную составляющую партнёрских отношений. Социальная, материальная и прагматичная составляющие могут отойти на второй план.И в этом плане конечно лидирует диада УСТУПЧИВЫХ-БЕСПЕЧНЫХ-РЕШИТЕЛЬНЫХ-РАЦИОНАЛОВ-ДЕМОКРАТОВ — ЭСИ, Драйзер, ЛИЭ, Джек. Ради сохранения этичности (этической гармонии) партнёрских отношений ЭСИ, Драйзер способен пойти на очень большие материальные потери и уступки: партнёру предоставляются все условия максимально комфортного существования, для наиболее полной творческой и социальной самореализации. Но если при всём этом партнёр начинает заменять его кем-то другим, партнёрские отношения для Драйзера начинают терять свою ценность, и он их без сожаления разрывает. При этом требование материальной компенсации может отойти на второй (если не на третий) план. (Компенсации он вообще может не потребовать. Скажет: «Спасибо за всё хорошее!» — и разошлись на этом.) И это при том, что Драйзер (как программный этик) бывает чрезвычайно ревнив. Измену партнёра воспринимает как крушение надежд, разрушение этической гармонии партнёрских отношений, вытеснение из сферы возможностей с ними связанных, что уже напрямую бьёт его по ТНС (+ЧИ4).Джек (как экстраверт и программный прагматик) в партнёрских отношениях выступает потребителем: берёт на себя неограниченные права и полномочия, от партнёра требует полной отдачи сил, безоговорочного подчинения и безусловного доверия к его действиям, планам, распоряжениям. После разрыва отношений уходу партнёра не препятствует (УСТУПЧИВЫЙ), за место в системе не борется, поскольку системы в таких отношениях уже не видит. Материальной компенсации (за исключением полагающихся по суду алиментов) для себя не требует, поскольку всю материальную выгоду от этих отношений получает и по максимуму использует ещё до того, как они распадутся.Прагматичную составляющую партнёрских отношений Джек отслеживает в первую очередь. Партнёр, по его мнению, — это «рабочая лошадка, на которой можно пахать и пахать» — делать бизнес его усилиями и за его (партнёра) счёт. А если он истощает свои силы, изнашивает силовой и возможностный потенциал — не тянет свою лямку, не встаёт после многих ударов судьбы, так что с него взять? Что требовать? — можно предоставить его самому себе: пусть дальше живёт, как хочет. Как рабочая сила для Джека он уже ценности не представляет. Иное дело — разрыв отношений с партнёром, представляющим ценность, пользу и выгоду для команды или для него лично: измену партнёра, полного сил и возможностей, Джек рассматривает как предательство по отношению лично к нему (Джеку), как измену общему делу, командным интересам и всей той пользе и выгоде, которую они лично ему приносят. Его (Джека) ревность в связана (по программе максимум) со страхом вытеснения из сферы благополучия и связанных с ним удовольствий. По программе минимум — измена партнёра связывается с вытеснением из среды обитания и привычных для него условий существования, что также наносит ему удар по ТНС (+БС4). Материальных уступок ниже определённой планки запросов и требований он не допустит; бороться за партнёрские отношения, пока они ему удобны и выгодны, будет очень ожесточённо. Подсознательно ориентируясь на программную этику отношений своего дуала — Драйзера, будет апеллировать к морали и нравственности своего партнёра, взывать к его совести, чувству долга, чувству ответственности, командной этике, верности партнёрским отношениям и т.д..Наиболее прочными (и самыми «продвинутыми» в эволюционном плане) оказываются партнёрские отношения в РАЦИОНАЛЬНОЙ — АРИСТОКРАТИЧЕСКОЙ диаде УСТУПЧИВЫХ — ПРЕДУСМОТРИТЕЛЬНЫХ — ОБЪЕКТИВИСТОВ — ЛСЭ, Штирлиц и ЭИИ, Достоевский. И прежде всего потому, что здесь ценят и сохраняют всё то хорошее, полезное, выгодное и позитивное, что имеют. Благополучием семьи, чувствами и выносливостью своего партнёра не рискуют (в отличие от предыдущей диады). Отношения постоянно совершенствуют и в этическом, и в прагматичном плане. При всех условиях стараются сделать их психологически и прагматически комфортными. Ревность как страх потери всего, что наработано, накоплено, нажито и приобретено, присутствует в этих отношениях в виде постоянной тревоги за сохранность достигнутого счастья, покоя и благополучия. К чувству ответственности, моральным и нравственным качествам партнёра здесь апеллируют в целях профилактики возможных отклонений от моральных и нравственных норм. (А о возможности таких отклонений здесь не забывают, поскольку в четвёртой квадре. считаются допустимыми и «свободные», «открытые» отношения, и «свободная любовь».) И от таких влияний представители этой рациональной диады себя ограждают, предпочитая довольствоваться преимуществами того, что у них есть — социальными, материальными, моральными, нравственными, экологическими… — всем тем, что является результатом их постоянной заботы друг о друге.6. РЕВНОСТЬ КАК ПРОЯВЛЕНИЕ ИНСТИНКТА САМОСОХРАНЕНИЯАнтиподом гармоничных дуальных отношений выступают ИТО конфликта, при которых партнёрами этиков — ОБЪЕКТИВИСТОВ оказываются антагонистично настроенные логики — СУБЪЕКТИВИСТЫ, нередко использующие ревность как

средство психологического давления и террора в семье,

как формальную и опосредованную ссылку на некую мифическую привязанность,

как маскировку неприязни под опосредованную форму привязанности.

Последнее особенно часто проявляется в поведении «проблемных этиков» (УСТУПЧИВЫХ — СУБЪЕКТИВИСТОВ — ЛОГИКОВ) ИЛЭ Дон — Кихота (-БЭ4) и СЛЭ, Жукова (+БЭ4), представляющих ре;вность как формальное выражение привязанности (в ИТО конфликта и обратной ревизии). В тех случаях, когда партнёрша — (конфликтёр или ревизор ЭСИ, Драйзер или ЭИИ- Достоевский) требует позитивных проявлений или доказательств добрых чувств или отношений, ей говорят: «Дура ты! Если б я к тебе плохо, как ты говоришь, относился, разве бы я жил с тобой? Разве терпел бы твоё присутствие! Подумай сама, своей дурной головой: если я тебя ревную, значит, понятно, что ты мне не безразлична! Какие ещё доказательства тебе нужны?!»Если партнёрша продолжает настаивать на проявлении заботы и нежности в качестве доказательства приемлемых (с точки зрения этики) партнёрских отношений, в ответ опять слышит: «Тебе мало того, что я ревную?! Какого рожна тебе ещё надо?!» (В ИТО конфликта Дон может прибавить: «Ещё раз заикнёшься об этом, …, вообще убью! Тебя же ревнуют! Этого, что — не достаточно?!..» Дон- Кихот раздражается ещё и потому, что чувствует себя уязвлённым (по ТНС) этим болезненным для него «допросом»: от него требуют признания в том, чего он не испытывает — в симпатиях к конфликтёрше. Раздражается и потому, что чувствует себя разоблачённым (по творческой своей системной логике). Дескать, живёт в семье так, словно чужое место занимает; заботой жены пользуется безраздельно и никакой благодарности в ответ; того и жди, не сегодня — завтра из дома погонят, заботы и крова лишат, вытеснят из семьи (из системы), и его место займёт кто — то другой — более признательный за заботу. У самого Дон-Кихота выражать признательность жене — конфликтёрше нет ни сил, ни желания. Проще разыгрывать из себя ревнивца, чтобы найти хоть какой — то повод для выхода накопившейся ненависти и агрессии. Как совокупность инстинктивных и неосознанных страхов, тревог, опасений и мучительных комплексов ревность проявляет себя в ракурсе:1. ИНСТИНКТА САМОСОХРАНЕНИЯ

в борьбе за системные привилегии и экологические преимущества;

в борьбе за ранговое превосходство (приоритетное место в системе),

в борьбе за лучшие (или хотя бы оптимальные, приемлемые) условия выживания и существования.(Изменились привычные условия существования, возник дефицит социальной и экологической защиты, повысилась значимость и себестоимость всех тех факторов, которые прежде гарантировали жизнестойкость, надёжность и благополучие этих условий.)

2. ИНСТИНКТА СОБСТВЕННИКА

в стремлении сохранить оптимальные и привычные условия существования (и все их объектные и субъектные составляющие);

в стремлении безраздельно обладать всеми льготами, правами, привилегиями и преимуществами отношений со своим партнёром, безраздельно контролировать его связи и отношения с другими партнёрами во всех их ракурсах и аспектах. При этом ближайший партнёр (или один из них) оказывается наиболее ценным и значимым объектом, связывающим с собой наиболее перспективные планы, задачи и цели.(Проявляется экстравертная, сенсорная доминанта всех внешних и внутренних субъектно — объектных связей и отношений)

3. ИНСТИНКТА ПАРТНЁРСКИХ ОТНОШЕНИЙ

в стремлении сохранить удобные, взаимовыгодные, прочные и надёжные партнёрские отношения как гарантию будущих благополучных условий существования.

При этом ближайший партнёр (или один из них) оказывается тем, на кого возлагаются самые большие надежды и ожидания

в социальной и правовой защите,

в обеспечении всех экологически необходимых условий существования,

в системе субъектно-объектных связей, ценностей и представлений, вытеснение из которых чревато разрушением всех жизненно важных отношений и связей, утратой способности ориентироваться в окружающем мире (проявляется интуитивная, интровертная доминанта всех внешних и внутренних субъектно — объектных связей и отношений).

Человек, лишённый реальной или потенциальной эко-защиты чувствует себя, как птенец, выпавший из гнезда, будучи вытеснен из него своим самым ближайшим окружением,— вытесненный своими родителями, как нелюбимый,— вытесненный своими братьями и сёстрами как «лишний рот в семье», лишний и опасный элемент системы, потенциальный конкурент в борьбе за лучшие условия существования.Вытесняемый своими близкими, он, теряя способность ориентироваться в новых условиях, устремляется навстречу пугающей его неизвестности, подсознательно напоминающей ему о тех незапамятных временах, когда в случае крайней нужды от «лишних элементов системы» избавлялись в первую очередь. Когда, испытывая острый дефицит материальных ресурсов, любыми средствами избавлялись от «лишних ртов», от обременительных «слабых звеньев системы» — от самых слабых — недокормленных или болезненных и потому нежизнеспособных — членов семьи. Бессознательный страх напомнит ему о тех временах, когда «лишних детей» продавали в рабство, отводили в храм для жертвоприношения, уводили в лес и оставляли там, чтобы спасти от голодной смерти тех, кто остаётся в семье. Семья представлялась ему самой защищённой экосистемой. И ради того, чтобы оставаться в ней он готов был терпеть и нужду, и унижение, и моральный, физический и психологический террор своих близких.Основываясь на собственных наблюдениях, анализируя отношение к себе со стороны своих близких, ребёнок начинал предчувствовать грозящие ему неприятности ещё задолго до их наступления, — ощущал себя потенциальным изгоем, чувствовал себя нелюбимым, притесняемым, обделённым вниманием и заботой. И либо боролся за расположение тех, от кого зависело его благополучное существование в семье (ревновал родителей друг к другу, к другим родственникам и подопечным, стремился обратить на себя их внимание, направить на себя их заботу), либо смирялся со своим положением и позволял себя вытеснять из семьи в расчёте на чудесное избавление от неприятностей в будущем, — на возможно счастливое стечение обстоятельств, — всё лучше, чем терпеть террор и притеснения от своих близких.В этих условиях возникает отношение к ревности как

к форме борьбы за существование в ракурсе определённости или неопределённости условий жизнеобеспечения;

к добровольной или принудительной смене условий правовой и социальной защиты и жизнеобеспечения.

ОБЩИМ МЕСТОМ всех опасений, которые возникают при этом, является СТРАХ ВЫТЕСНЕНИЯ ИЗ УСЛОВИЙ СУЩЕСТВОВАНИЯ, связанный

с вытеснением из среды обитания, из сферы удобств, с лишением тепла, заботы, уюта, опеки, крыши над головой (страх незащищённости от внешних бурь, страх бесприютности, неустроенности),

с вытеснением из сферы возможностей, планов и перспектив (страх безысходности и тупика, страх отсутствия перспектив, страх отстранения от всего лучшего из того, что происходит и может происходить в жизни, в обществе, в семье, в общине, в творческом коллективе и т.д.

с потерей социальной и правовой защиты,

с потерей материальной и экологической поддержки и обеспечения,

с разрывом внешних и внутренних связей,

с потерей ориентации во внешнем и внутреннем мире,

со смещением и разрушением собственной системы представлений и координат.

(В свете всего вышеизложенного устоявшееся представление «ревнует — значит любит» уже не имеет под собой прочных оснований. И это подтверждается данными современной нейро-физиологии: при возбуждении чувства ревности у человека активизируются не те участки головного мозга, которые возбуждаются при возникновении чувства любви, но близкие к тем, которые активизируются при возбуждении инстинкта собственника — инстинкта сохранения прочных субъектно — объектных связей и отношений с окружающим миром — то есть, всех тех связей и отношений, на которых базируется самый приоритетный уровень психической структуры — блок ЭГО. Относительно которого выстраиваются все остальные уровни, связи и аспекты информационной модели — уровни и аспекты взаимодействия человека с окружающим миром.)

Часть II

7-1. МОНОГАМНЫЕ и ПОЛИГАМНЫЕ отношения в ракурсе признаков РАЦИОНАЛЬНОСТИ и ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИВ процессе биогенеза некоторые из недалёких биологических предков человека (из числа млекопитающих) десятками миллионов лет жили в парном браке (в МОНОГАМНЫХ брачных отношениях, предполагающий прямолинейно — последовательную организацию структурных связей). Были и совсем близкие предки человека (из числа приматов), жившие миллионы лет в групповом браке (в ПОЛИГАМНЫХ брачных отношениях, предполагающих всестороннее расширение структурных связей). Эти отношения формировались в условиях различной степени экстремальности и были продиктованы необходимостью поиска различных форм взаимовыгодных и взаимо удобных способов сосуществования, которые инстинктивно проявлялись, вырабатывались и закреплялись в рациональных и иррациональных программах взаимодействия человека с окружающей средой.У ближайших предков человека (из числа гоминидов) был период и крайне индивидуалистических отношений (5 — 6 млн. лет назад), при котором каждый из партнёров брал курс на самодостаточность, а мера ответственности за потомство была сведена чуть ли не к абсолютному минимуму. По счастью, эта форма отношений была недолговечной и привела к быстрому исчезновению этого биологического вида.Все эти близкие и не столь далёкие формы партнёрских отношений оставили свой отпечаток в архивах генетической памяти человека и в наборе генетических программ; нашли своё отражение и в структурах информационной модели каждого из психотипов, и в информационных аспектах и в психологических признаках их развивающих.Так, например,

индивидуализм как ориентация на самодостаточность (как способность полагаться на свои возможности, силы, умение, навыки) нашёл отражение в рациональных и иррациональных экстравертных аспектах и в признаках экстраверсии, динамики, статики, объективизма;

коллективизм как ориентация на упорядоченные социальные и партнёрские отношения — в рациональных интровертных информационных аспектах, в признаке рациональности, интроверсии, статики, субъективизма;

предрасположенность к парному браку (к моногамным отношениям) — в признаке рациональности, статики и в интровертной составляющей рациональных аспектов.

предрасположенность к групповому браку (к полигамным отношениям), стимулируемая инстинктом собственничества — в признаке статики и в экстравертной составляющей иррациональных аспектов.

предрасположенность к групповому браку, стимулируемая поиском дополнительных и альтернативных партнёрских отношений (один партнёр — хорошо, а несколько — ещё лучше) — в признаке динамики, инволюции и интровертной составляющей иррациональных аспектов…

То есть, даром в модели ТИМа ничего не пропадает — всё разложено «по полочкам», по составляющим её функциональным и структурным уровням, сохранено в архивах коллективного и индивидуального бессознательного и развивается в психологических признаках, в психических функциях и наполняющих их информационных аспектах.Подобно дереву, восходящему своими корнями в далёкое эволюционное прошлое и выбирающему из него всё самое лучшее, информационная модель развивается благодаря всем заложенным в неё функциональным, генетически обусловленным программам и формам, каждая из которых имеет свои экологические приоритеты и преимущества, моделируется реальными условиями существования и направляется инстинктом самосохранения и эко -целесообразности, своевременно ограничивающим её в «ошибочных» — неэффективных и невостребованных — формах развития и перестраивающим на другие более эффективные, актуальные и востребованные, жизнестойкие формы и отношения, имеющие наибольшее количество экологически значимых преимуществ.Так, например, ПОЛИГАМНЫЕ отношения (усиливающие ЭКСТРАВЕРТНУЮ и ИРРАЦИОНАЛЬНУЮ доминанту в модели ТИМа) долгое время были самой востребованной формой брачных отношений и имели огромное количество преимуществ над моногамными, поскольку

позволяли более гибко приспосабливаться к окружающей среде, к непредвиденным и часто меняющимся обстоятельствам,

обеспечивали прочную защищённость и высокую жизнестойкость системы (как многочисленной семьи или клана), получающей все возможные средства для выживания в экстремальных условиях.

предоставляли бесконечное множество возможностей выбора дублёров (и «дублёрш») ближайшего брачного партнёра;

обеспечивали высокую конкуренцию генетических свойств и качеств огромного количества биологических потомков, прямых и побочных наследников «главы рода», сопровождаемую интенсивным и целенаправленным развитием самых лучших (в плане жизнеспособности) и самых востребованных из них;

позволяли контролировать огромные территории и присваивать себе права на них;

давали больше шансов на победу в борьбе за жизненное пространство, за выживание и существование на завоёванных территориях здесь и сейчас.

обеспечивали быстрое накопление материальных ресурсов, позволяющих расширить сферы влияния на завоёванных территориях.

Программы освоения и защиты новых земель (+БС; -ЧС), равно как и открытие ещё не освоенных территорий (-БС; +ЧС) во все времена усиливали ИРРАЦИОНАЛЬНУЮ сенсорную доминанту, дополняя её интуитивной доминантой, позволяющей заблаговременно расширять временные и возможностные пределы, мигрировать из одной области в другую в поисках новых, более благоприятных условий существования, в поисках новых плодородных земель, пастбищ, охотничьих угодий, которые необходимо было защищать, контролировать, расширять в нужном направлении. Для чего опять же было необходимо выходить к новым, неизведанным рубежам на новые, неосвоенные территории, готовиться к новым испытаниям, к существованию в новых и мало изученных условиях, где на каждом шагу людей подстерегала опасность. ПОЛИГАМНЫЕ брачные отношения позволяли быстро осваиваться в новой, незнакомой среде, легко приспосабливаться к новым условиям и быстро восполнять численность населения.(Как утверждают биологи, эволюционная общность генофонда всего человечества была достигнута благодаря ПОЛИГАМИИ отношений одной отдельной семьи, жившей примерно 70 тысяч лет назад в Северной Африке. Предполагается, что наибольшая часть народонаселения нашей планеты произошла именно из этого «куста». Глава семьи (по реконструкции черепа, предположительно, СЛЭ, Жуков) был очень состоятельным человеком, владел многочисленными стадами, занимал под свои пастбища огромные территории, которые ему удавалось контролировать. Имел огромное количество жён и активно работал на пополнение и разнообразие генофонда своей семьи, благодаря чему антропологи (условно!) называют его «праотцом всех народов планеты» или «Адамом». И он единственный представитель мужского пола современного нам вида homo sapiens, чей генотип совпадает с базисным генотипом всего человечества.)7-2.ПРИОРИТЕТЫ МОНОГАМНЫХ И ПОЛИГАМНЫХ ОТНОШЕНИЙ В РАЦИОНАЛЬНЫХ И ИРРАЦИОНАЛЬНЫХ ДИАДАХПриоритет МОНОГАМНЫХ брачных отношений становится актуальным в более поздний период, в продвинутом, упорядоченном обществе. Вызван он и опытом наблюдений негативных последствий близко — родственных генетических связей, и необходимостью оградить своего ближайшего партнёра (и ближайших членов семьи) от насилия и агрессии со стороны других, враждебно настроенных членов системы.Доминанта ограничительно — разделительного аспекта (КВЕСТИМНОЙ) логики соотношений (-БЛ), предполагающая разделение по формальному признаку на «своё» и «чужое», включает в себя и такие понятия как «своя семья», «своя система», предоставляет право на защиту безопасности «своей семьи» и всех её членов, позволяет упорядочить системные отношения в семье, провести границу между допустимым и недопустимым, возможным и невозможным, совместимым и несовместимым; соотнести с понятием справедливости, разумной, нормативной этики, разработать и установить правовую защиту, ввести правовые, защитные нормы поведения и отношения в рамках системы, требовать их соблюдения и ограничить, свести к минимуму произвол.В благодарность за эти защитные меры ЛИИ, Робеспьер — поборник и учредитель основ справедливого правопорядка мог быть с избытком вознаграждён особо пылким, добрым и искренним расположением к себе партнёра — своего заботливого дуала ЭСЭ, Гюго.Доминирование РАЦИОНАЛЬНЫХ аспектов в квадрах ОБЪЕКТИВИСТОВ (третьей и четвёртой) также обусловлено эко — целесообразностью и продиктовано интересами выгоды, жизненной необходимости, практическим, прагматичным расчётом, стремлением упорядочить общественные отношения нового типа в ещё более поздний период — в период поиска новых торговых путей, поиска и освоения новых рынков, новых производственных технологий.И основные положения здесь тоже выводятся методом поиска альтернативы (методом от противного): разменивая себя на многочисленные случайные связи и адюльтеры, невозможно преуспевать в делах и успешно реализовать себя в производственной или творческой деятельности: сосредоточиться на деле и с головой уйти в работу практически невозможно. Нужен один — единственный, но надёжный, верный и преданный партнёр, позволяющий всегда и при любых обстоятельствах полагаться на прочность, надёжность и долговременность супружеских связей и отношений, способный всегда и при любых условиях быть опорой и поддержкой своему партнёру, умеющий при любых испытаниях переносить трудности, тяготы и невзгоды семейной жизни. Способный бесконечно долго терпеть, ждать, доверять, надеяться и верить в то, что его жертва супружескому долгу не напрасна, и риск оправдан. Способный при самых скудных материальных средствах создавать наилучшие бытовые условия для своей семьи и для своего партнёра.Разумеется, самому большому риску в таких отношениях подвергается РЕШИТЕЛЬНЫЙ — ЭТИК — ИНТРОВЕРТ — ОБЪЕКТИВИСТ — ЭСИ, Драйзер (-БЭ1/+ЧС2). Зато и самые суровые заповеди, самые строгие этические правила, необходимые для выживания семьи (или общества) в особо трудных и экстремальных условиях, разрабатывает тоже он. Более мягкий и снисходительно — компромиссный вариант этих заповедей (теперь уже «разрешительных» и «объединительных»), подходящий для более благоприятных условий существования в ещё более упорядоченном, миролюбивом, благополучном (и даже избыточном в своём благополучии) обществе, разработан и внедрён его последователем и преемником (по эволюционному кольцу) — РАССУЖДАЮЩИМ — ЭТИКОМ — ИНТРОВЕРТОМ — ОБЪЕКТИВИСТОМ — ЭИИ, Достоевским (+БЭ1/-ЧИ2).Когда же попустительства этих «разрешительных» и «объединительных» заповедей, размывающих границы добра и зла, приводят к дестабилизации общества — к анархии, плюрализму и волюнтаризму, к новому силовому и возможностному произволу, ставящему целью расширение границ допустимого и дозволенного, возникает необходимость в жёстком структурном упорядочении и стабилизации социальных отношений.Эту задачу и решают на новом эволюционном витке преемники четвёртой квадры, переводящие общество четвёртой квадры (квадры АРИСТОКРАТОВ — ОБЪЕКТИВИСТОВ) в первую (квадру ДЕМОКРАТОВ — СУБЪЕКТИВИСТОВ), где ВОССТАНОВЛЕННЫЕ И УПОРЯДОЧЕННЫЕ ИНТЕРЕСЫ СИСТЕМЫ СТАВЯТСЯ ВЫШЕ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ПРАВ ЛИЧНОСТИ. (Хотя и их пока ещё не слишком ущемляют в демократичном обществе первой квадры — обществе равных прав и возможностей). И эта доминанта также продиктована условиями эко — целесообразности: упорядоченное, правовое общество, подкреплённое мощным силовым обеспечением, сможет защитить и личные права каждого из членов его системы, при условии, что права и интересы личности не будут идти вразрез с правами и интересами системы. (В противном случае права личности придётся урезать, предоставляя всё большие преимущества правам системы).В дальнейшем (во второй квадре), в целях ещё большей — МАКСИМАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ ИНТЕРЕСОВ И ПРАВ СИСТЕМЫ именно это и будет проведено: ИНТЕРЕСЫ СИСТЕМЫ БУДУТ ТОТАЛЬНО ПОДАВЛЯТЬ ИНТЕРЕСЫ И ПРАВА ЛИЧНОСТИ. Потому, что «перегибы» при внедрении новых порядков и проведении новых реформ во всех случаях и при любых условиях неизбежны: каждый информационный аспект — это экспансивная, развивающаяся в реальных экологических условиях система, которую в силу необходимости, в интересах эко-целесообразности, в соответствии с законом преемственности информации и информационного поля (в соответствии с законом сменяемости квадр и информационных аспектов в квадрах) когда — нибудь должен будет ограничить и перекрыть другой, оппозиционно (или альтернативно) развивающийся информационный аспект.8-1.ОТНОШЕНИЕ К ВНЕДРЕНИЮ И ВЫТЕСНЕНИЮ ИЗ СИСТЕМЫ У СУБЪЕКТИВИСТОВ И ОБЪЕКТИВИСТОВ СУБЪЕКТИВИСТОВ (представителей квадр альфа и бета), в силу доминирования в их квадрах (и расположению на вербальных уровнях модели (ЭГО и СУПЕРИД) аспектов структурной логики (±Б.Л.↑) и этики эмоций (± Ч.Э.↑), отличает ОСОЗНАННОЕ (или НЕПОСРЕДСТВЕННО ОСОЗНАВАЕМОЕ) ОТНОШЕНИЕ к внедрению в систему и вытеснению из неё. И НЕОСОЗНАННОЕ (или ОПОСРЕДОВАННО ОСОЗНАВАЕМОЕ по факту случившегося) вытеснение из перспективного (важного, нужного) дела (или из сферы интересов с ним связанной). Что обусловлено вытеснением в квадрах СУБЪЕКТИВИСТОВ аспектов деловой логики (±Ч.Л.↓) и этики отношений (± Б.Э. ↓) и расположением их на лаборных блоках моделей ТИМов – СУПЕРЭГО и ИД.ОБЪЕКТИВИСТОВ (представителей квадр гамма и дельта), в силу доминирования в их квадрах (и расположению на вербальных уровнях модели – ЭГО и СУПЕРИД) аспектов деловой логики (±Ч.Л.↑) и этики отношений (± Б.Э.↑), отличает ОСОЗНАННОЕ (или НЕПОСРЕДСТВЕННО ОСОЗНАВАЕМОЕ) ОТНОШЕНИЕ к проявлению деловой инициативы, внедрению в перспективное дело и вытеснению из него (или из сферы интересов с ним связанной). И НЕОСОЗНАННОЕ (или ОПОСРЕДОВАННО ОСОЗНАВАЕМОЕ по факту случившегося) вытеснение из системы (или из сферы интересов с ней связанной). Что обусловлено вытеснением в квадрах ОБЪЕКТИВИСТОВ (гамма и дельта) аспектов структурной логики (±Б.Л.↓) и этики эмоций (± Ч.Э.↓) и расположением их на лаборных блоках моделей ТИМов – СУПЕРЭГО и ИД.8-2. БОРЬБА ЗА ЛУЧШИЕ УСЛОВИЯ СУЩЕСТВОВАНИЯ В РАКУРСЕ ПРИЗНАКОВ РАЦИОНАЛЬНОСТИ — ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ, СУБЪЕКТИВИЗМА — ОБЪЕКТИВИЗМА, УПРЯМСТВА — УСТУПЧИВОСТИ Способность отстаивать свои права в системе и бороться за лучшие условия существования позволяет нам разделить ТИМы по признаку РАЦИОНАЛЬНОСТИ — ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ на:Рационал маралисты2. По признаку СУБЪЕКТИВИЗМА и ОБЪЕКТИВИЗМА – на:Рационал маралисты3.Отсюда возникает ещё одно разделение: по признаку УПРЯМСТВА и УСТУПЧИВОСТИ – на:Рационал маралистыСоотношение признаков «УПРЯМЫЕ — УСТУПЧИВЫЕ» и «СУБЪЕКТИВИСТЫ — ОБЪЕКТИВИСТЫ» позволяет разделить ТИМы на четыре группы: 1. УСТУПЧИВЫХ — СУБЪЕКТИВИСТОВ (ИРРАЦИОНАЛЫ первой и второй квадры)2. УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ (РАЦИОНАЛЫ первой и второй квадры)3. УПРЯМЫХ — ОБЪЕКТИВИСТОВ (ИРРАЦИОНАЛЫ третьей и четвёртой квадры)4. УСТУПЧИВЫХ — ОБЪЕКТИВИСТОВ (РАЦИОНАЛЫ третьей и четвёртой квадры).Относительно признака УСТУПЧИВОСТИ и основополагающих законом морали, позволяющих установить наиболее гуманные и дружественные партнёрские отношения, в которых приоритетной ценностью оказывается командная этика и взаимовыручка (относительно аспектов этики отношений и деловой логики), мы можем и группы УПРЯМЫХ ТИМов представить НОРМАТИВНО ИЛИ ТВОРЧЕСКИ УСТУПЧИВЫМИ, принимая во внимание творческую и нормативную УСТУПЧИВОСТЬ мобильного блока их ментального уровня. (См. файл Дополнение-1. «Тезисы по признакам Рейнина (части 1-я, 2-я.) главы 4-6, 4-8.) На схеме это будет выглядеть так:Рационал маралисты9. УСТУПЧИВЫЕ АЦИОНАЛЫ — ОБЪЕКТИВИСТЫ («ПРОГРАММНЫЕ МОРАЛИСТЫ И ПРОГРАММНЫЕ ПРАГМАТИКИ»)9-1. ПРОГРАММНЫЕ МОРАЛИСТЫ (ЭСИ, Драйзер и ЭИИ, Достоевский)Мораль, нравственность, морально — этический кодекс — представляют собой основу их ЭГО — программы. И вне зависимости от того, как они соблюдают этот нравственный кодекс, они отстаивают каждый его пункт, как последний рубеж. Убавлять от него ничего не позволяют, ужесточать или усложнять его, доводя до абсурда и запутывая изрядными противоречиями, могут сколько угодно. Весь мир, все системы мировоззрения выстраиваются относительно их морального кодекса (опять же, вне зависимости от того, как они его соблюдают). Себе они могут позволить (в порядке исключения) отступить от канонов их нравственных догм, другим — никогда! Своё отступление от этических норм — например, ложь, — они могут мотивировать отсутствием удобной альтернативы, крайне безвыходным положением и нежеланием усложнять его ещё больше, нежеланием причинять кому-то обиду и боль изложением реальных событий и фактов. И то посчитают это отступничество грехом, — изменой своим убеждениям, будут испытывать чувство стыда и вины, как перед собой, так и перед другими и ещё долго себе этого не простят.К окружающим они предъявляют очень высокие моральные требования. И особенно к тем, кто вызывающе или демонстративно беспечно игнорирует нормы морали. К тем же, кто в довершение к демонстративному пренебрежению моральными обязательствами призывает их следовать своему примеру (говоря: «Да, наплюй ты на эту мораль! Кто сейчас об этом думает? — не смеши меня!»), относятся как к ненавистным врагам: бичуют их обвинениями, представляют «врагами общества», разоблачают на каждом шагу, устраивают им общественную травлю, восстанавливают против них общественность, организуют всевозможные «общества по борьбе с пороками», всякого рода «комиссии нравов» и проч..Пренебрежение моральными и нравственными обязательствами воспринимается «ПРОГРАММНЫМИ МОРАЛИСТАМИ», как тягчайший проступок, за который они считают себя вправе строго наказывать (+БЭ1), жестоко мстить (-БЭ1). При этом сами они нередко отходят от своих нравственных норм очень далеко, поскольку действуют по максимуму диапазона возможностей своей «инструментальной» (реализационной, творческой функции),— волевой, агрессивной сенсорики у Драйзера (+ЧС2) и интуиции потенциальных возможностей у Достоевского (-ЧИ2), — имеющих огромный арсенал эффективных, «технических» средств для проведения самой жестокой морально — этической «проработки». 9-2. «ПРОГРАММНЫЕ ПРАГМАТИКИ»Их дуалы — «ПРОГРАММНЫЕ ПРАГМАТИКИ» (ЛИЭ, Джек и ЛСЭ, Штирлиц), суггестируемые по аспектам этики отношений (±БЭ5), глубоко внушаются этой информацией, и в силу особенностей их суггестивной функции — в силу их ненасыщаемой «любознательности», — эта информация не кажется им достаточно полной. Соответственно, и пресыщаться ею (поскольку если она подаётся дополняющей (дуализирующей) ЭГО-программой) они тоже не могут. А потому и терпеливо внимают нравоучениям своих дуалов, даже если сами страдают от них. Огромное значение ЛИЭ, Джек и ЛСЭ, Штирлиц усматривают в том, чтобы систематизировать эти сведения, что удобнее им сделать с позиций наблюдательной логики систем (±БЛ7). Поэтому справедливые (на их взгляд) упрёки и обвинения своих дуалов они могут терпеливо переносить и даже рассматривать их как удобное для себя моральное и нравственное подспорье, как страховку, гарантирующую долговременность, прочность и надёжность их партнёрских отношений. Поучения своих дуалов в большинстве случаев тоже считают уместными и заслуженными даже тогда, когда сами (в силу каких — либо непреодолимых пристрастий) не могут этим наставлениям следовать. Поэтому многое в этих отношениях зависит от способностей «ПРОГРАММНОГО МОРАЛИСТА» представить свои требования как справедливые и внушить это представление дуалу, заставив его относиться к ним, как к первоочередным — то есть, вооружить его системой убеждений, с позиций которых он будет защищать общественную мораль. А защищают её «ПРОГРАММНЫЕ ПРАГМАТИКИ» («СУГГЕСТИРУЕМЫЕ МОРАЛИСТЫ») очень внушительно: чем чаще нарушают её постулаты, тем яростней разоблачают других. Особенно в этом плане усердствует РЕШИТЕЛЬНЫЙ Джек, надеясь что критика общественных нравов поможет ему победить в борьбе с собственными опасными пристрастиями, жертвой которых он довольно часто становится, но не соглашается себя ею признать. У Штирлица в этом отношении гораздо больший запас прочности.Так или иначе, обе диады представляют собой основной костяк сил, убеждённо и яростно защищающих общественную мораль, что и позволяет нами их объединить в одну группу «убеждённых моралистов», которых (для простоты) мы будем называть «МОРАЛИСТАМИ».9-3. ЭТИЧЕСКИЕ ПОЗИЦИИ «МОРАЛИСТОВ»Основные позиции в диадах «МОРАЛИСТОВ»:

«гармония партнёрских отношений превыше всего»;

«мораль и нравственность превыше всего»;

преданность и верность (долгу, партнёрским отношениям) превыше всего;

интересы команды и защита правовых и экологических интересов каждого из её членов — превыше всего.

Основные лозунги: «Один за всех, все за одного», «Сам пропадай, а товарища выручай». ОСНОВНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ: «Если ты сам для команды рискуешь и жертвуешь всем, то имеешь право и от каждого из её членов требовать такого же самопожертвования и полной самоотдачи.».ИЗМЕНЕ И РЕВНОСТИ НЕТ И НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ МЕСТА В ЭТИХ ОТНОШЕНИЯХ! ПАРТНЁР НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ИЗМЕНЯТЬ И НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ДАВАТЬ ПОВОД ДЛЯ РЕВНОСТИ, поскольку всё это мешает слаженной работе команды, разрушает прочность партнёрских и командных отношений. Если всё же партнёр даёт повод для подозрений и ревности, если факт его измены доказан и фактически подтверждён, его ждёт суровое наказание: он будет жестоко затерроризирован упрёками. Поэтому в случае внезапной и непредвиденной смены партнёров «виновные» просто исчезают из поля зрения «обиженных», будучи не в состоянии переносить жестокие угрызения совести, постоянно возбуждаемые нескончаемым потоком упрёков. ПРОГРАММНЫЙ ПРАГМАТИК ЛИЭ, Джек, легко поддающийся соблазнам и искушениям, будучи уличённым в измене именно так и поступает: исчезает из поля зрения своего партнёра, предоставляя ему возможность «остыть», соскучиться и принять его таким, каков он есть (то есть, очень ветреным, взбалмошным, легкомысленным, увлекающимся, рассредоточивающим своё внимание на всех и всё вокруг). Если вина его не велика, может открыто признаться в своём проступке: «Сходил разок налево, больше не буду. Обещаю исправиться.» — обезоружить этим признанием своего сурового, но отходчивого дуала — Драйзера и вернуться в семью, посчитав инцидент исчерпанным. Хуже, когда Джек, пользуясь доверием Драйзера, загуливает по полной программе. Увязнув в поисках лучшей альтернативы и понимая, что оставаться в одной команде с ЭСИ, Драйзером уже не представляется возможным, он бесследно исчезает из поля зрения своего дуала, предварительно перекачав в свой карман все материальные ресурсы семьи (или команды), чтобы лишить обиженного и обманутого им партнёра возможности отомстить. Моральными доводами после всего происшедшего он уже не внушается, моральные ценности его не волнуют и вспоминать о них ему тоже не хочется. В командные и партнёрские отношения он теперь тоже, по большому счёту, уже не верит: если он сумел так подставить и подвести своих товарищей, значит и от них может ожидать того же. Что, тем не менее, не мешает ему разглагольствовать о моральных ценностях, взаимовыручке и прочих преимуществах командных отношений, побуждая всех других членов («дежурной» или случайно собранной им) команды оставаться верными своим обязательствам.9-4.ОТНОШЕНИЕ К ИЗМЕНЕ, РЕВНОСТИ И ВЫТЕСНЕНИЮ ИЗ СИСТЕМЫ У УСТУПЧИВЫХ РАЦИОНАЛОВ ОБЪЕКТИВИСТОВ («МОРАЛИСТОВ»)У УСТУПЧИВЫХ РАЦИОНАЛОВ ОБЪЕКТИВИСТОВ («МОРАЛИСТОВ») ревность проявляется в форме упрёков и осуждения за измену командным интересам и отношениям («Мы с тобой одна команда. Мы должны друг другу помогать…А ты вместо того, чтобы защищать наши интересы, сам первый разрушаешь наши отношения. Разрушаешь команду!..»). Нет команды, нет отношений, нет взаимной ответственности за свои или чужие поступки. В каком — то смысле «изменнику», решившему для себя сменить команду — заменить одну на другую, — выгодно разрушить предыдущую команду и оставить своих прежних партнёров ни с чем — без материальной и дружеской поддержки, без реальной защиты и помощи. Ответную меру виновнику всех этих бед назначают соответствующую и равноценную: из команды его изгоняют, отношения с ним разрываются, для своих товарищей (или партнёров) он после этого перестаёт существовать. При этом в вытеснение из системы «моралисты» при всей наглядности этого факта не верят (ОБЪЕКТИВИСТЫ). Вытеснение ощущают только опосредованно, когда их самих вытесняют из команды (что воспринимается ими как предательство). Или когда они сами кого — либо вытесняют — выводят из команды в целях оздоровления командных отношений: рассматривают ненадёжного партнёра, как реального (или потенциального) «вредителя», подрывающего основы основ командных отношений и отсеивают его, как «гнилое зерно», распространяющее своё пагубное влияние на других. При этом «предателями» (по отношению к нему) они себя не считают, полагая, что действуют в интересах команды, заботясь об общей слаженности и эффективности её работы.9-5. «ПРОГРАММНЫЕ МОРАЛИСТЫ». ОТНОШЕНИЕ К ЧУЖОМУ ВЛИЯНИЮ, ЗАХВАТУ ЧУЖИХ ТЕРРИТОРИЙ И РАЗРУШЕНИЮ ЧУЖИХ ЭКОСИСТЕМЧужого влияния, оказывающего разрушительное воздействие на обжитую и освоенную эко- нишу (или экосистему) боятся все (как боятся вытеснения из среды обитания и условий существования). Если человек делает вид, что не боится этого, значит он сам занят разрушением своей системы (намереваясь заменить её на другую) или она разрушается его будущим партнёром (или партнёршей) с его согласия. Он в этих условиях оказывается предателем интересов предыдущей системы (семьи) и всех её членов. Хотя сам, конечно, предательства не признает, просто потому, что его уже переубедили и «перевербовали» те, кому удаётся повлиять на него. (В противном случае он, как и любой нормальный человек, сам первый боялся бы всех производимых им разрушений, равно как и того негативного влияния, которое на него оказывают.)СУБЪЕКТИВИСТ — РАЦИОНАЛ боится разлагающего, разрушительного влияния посторонних на систему, которую он возглавляет и членом которой является. Боится разлагающего, тлетворного влияния на его семью, на его авторитет, на отношение к нему членов его семьи. Никогда не верит ни в «благие намерения» таких разрушителей, ни в их желание ему «помочь».СУБЪЕКТИВИСТ — ИРРАЦИОНАЛ опасается негативного, разрушительного влияния на связи и отношения в системе (эко — нише), которую он для себя облюбовал, выбрал и которую обустраивает и обживает для себя.ОБЪЕКТИВИСТ — РАЦИОНАЛ («МОРАЛИСТ») боится разрушительного (тлетворного разлагающего) влияния посторонних на его партнёра и на его отношения с ним.ОБЪЕКТИВИСТ — ИРРАЦИОНАЛ опасается посторонних влияний, «спутывающих карты в его игре»: подрывающих его авторитет в глазах партнёров и разрушающих его личное влияние на них. ИРРАЦИОНАЛЫ (И СУБЪЕКТИВИСТЫ, И ОБЪЕКТИВИСТЫ) не исключают негативных, разрушительных последствий своего влияния на чужую экосистему (эко — нишу, эко — среду) и своего внедрения в неё. Но считают всё это неизбежным побочным эффектом, сопутствующим их продвижению к цели. Разрушения при этом производимые рассматривают как вполне естественные и неизбежными потери: «Нельзя сделать яичницу, не разбив яйца», как нельзя достичь цели, не преодолевая сопротивления окружающей среды. (В чём, собственно, ИРРАЦИОНАЛ ничего дурного не усматривает: в чужую среду не внедряется разве только совершенно бездеятельный и безынициативный человек, который никуда не двигается, ни к чему не стремится, а стоит себе на одном месте и боится на шаг в сторону отступить, чтобы ненароком не навредить кому — нибудь.) Захват чужих территорий, чужих сфер влияния (чужих эко-ниш, экосистем) — ЯВЛЕНИЕ ПОВСЕМЕСТНОЕ. У ИРРАЦИОНАЛОВ оно отслеживается и проводится как целевая программа по аналитическим функциям (соответствующим иррациональным аспектам). У РАЦИОНАЛОВ эта программа проводится по творческим функциям (в рамках «защиты интересов системы», в целях расширения её границ и образования буферной зоны за счёт чужих территорий). Не каждому удаётся спокойно пройти мимо чужого и не возжелать его (или хотя бы не обидеться на того, кому оно принадлежит).Поэтому в наименьшей степени склонны захватывать и завоёвывать чужое «ПРОГРАММНЫЕ МОРАЛИСТЫ» — ЭСИ, Драйзер (-БЭ1/+ЧС2) и ЭИИ, Достоевский (+БЭ1/- ЧИ2). Хотя и у них иногда находится повод для нарушения заповеди «Не возжелай чужого». Вследствие гибкой маневренности их творческих иррациональных аспектов — волевой сенсорики у ЭСИ, Драйзера (+ЧС2) и интуиции потенциальных возможностей у ЭИИ, Достоевского (-ЧИ2) — избежать искушения им удаётся только тогда, когда их действия принципиально и жёстко контролируются их ЭГО — программой — аспектом этики отношений и её краеугольной заповедью «не навреди!» («не делай другому того, чего не желаешь себе»). Хотя их иррациональные творческие функции опосредованно очень сильно влияют на их ЭГО — программу, заставляя преодолевать искушение и постоянно бороться с ним. В случае поражения в этой борьбе им приходится мотивировать свои противоправные действия благими намерениями. (Не отрекаться же от своей суровой и требовательной ЭГО — программы, не занижать же самооценку по ней. Проще попытаться убедить себя (и свою совесть) в том, что неблаговидное действие было необходимо тому, против кого оно было направлено. Гибкая, манипулятивная (нормативная) логика соотношений (±БЛ3) помогает им построить логическое доказательство этих «добрых намерений», а творческое и ролевое УПРЯМСТВО аспектов манипулятивного блока (соответствующих функциям ПФ-2 и ПФ-3) помогает им эту «правоту» отстоять.

Часть III

10. УПРЯМЫЕ — ИРРАЦИОНАЛЫ — ОБЪЕКТИВИСТЫ. «ТВОРЧЕСКИЕ МОРАЛИСТЫ» и «ТВОРЧЕСКИЕ ПРАГМАТИКИ»10-1. ОСНОВНЫЕ ПРИОРИТЕТЫ И ЦЕННОСТИВ структуре ТИМов «творческих моралистов» аспект этики отношений занимает сильные позиции гибкой и манипулятивной реализационной (творческой) функции (±БЭ2), позволяющей гибко(а значит, и хитроумно, и очень лукаво) с огромной выгодой для себя и своего партнёра (в том числе и случайного, эпизодического) трактовать правила морали (представляя их как понятия условные и растяжимые, допускающие всевозможные вольные интерпретации), поскольку все эти уловки проводятся ими осознанно — с позиций инструментальной или творческой функции, мораль и нравственные каноны при этом оказываются творческим инструментарием, а сам человек — объектом прагматичных (деловых) или этических манипуляций.У «ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ» манипулятивная этика отношений (±БЭ2) допускает свободное и вольное толкование морального кодекса, этическая сущность которого при этом нередко подменяется формальными этическими предписаниями, и наоборот: формальные предписания — сущностью. Всё зависит от условий, возможностей, целей и задач УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ, от их намерений, мотивируемых стремлением доминировать над соконтактником и не уступать ему приоритетных позиций (УПРЯМЫЕ). »ТВОРЧЕСКИЕ МОРАЛИСТЫ» — экспансивные и амбициозные экстраверты СЭЭ, Цезарь (+ЧС1/-БЭ2) и ИЭЭ, Гексли (-ЧИ1/ +БЭ2), оспаривающие в жестокой конкурентной борьбе преимущественные права волевого (+ЧС1) и возможностного (-ЧИ1) доминирования, дуализируются с «ТВОРЧЕСКИМИ ПРАГМАТИКАМИ»— ИЛИ, Бальзаком (+БИ1/-ЧЛ2) и СЛИ, Габеном (-БС1/ +ЧЛ2) и из соображений взаимной пользы и выгоды, создают некоторый «облегчённый» (или даже абсурдный) вариант системных и этических отношений — с произвольно меняющейся системой правил, с вольно трактуемым этическим кодексом, с заниженным уставным и поведенческим цензом. В рамках этой системы отношений партнёрам позволяется многое — всё желаемое и возможное — практически всё, что они сами себе могут позволить, — всё, о чём смогут к взаимной пользе, удобствам и выгоде договориться, ПРИ УСЛОВИИ СОБЛЮДЕНИЯ ВИДИМОСТИ ПРИЛИЧИЙ. (Что, в свою очередь, позволяет им «втирать очки» друг другу, выдавая желаемое за действительное, позволяет мотивировать многие неблаговидные свои поступки «пользой дела», интересами выгоды, благополучия и престижа семьи.Так, например, «пользы ради» можно завышать требования ко всем членам своей команды, заставляя их брать на себя непосильные деловые и этические обязательства, как это бывает свойственно Цезарю и Бальзаку. В заботе о «престиже системы» можно поддерживать далёких «чужих» в ущерб ближним «своим», предполагая что «чужедальние» не вступят в конфликт и позволят системе существовать мирно и благополучно, если их время от времени опекать и подкармливать — идея, нашедшая своё отражения во внешней и внутренней политике СССР в эпоху застоя, в период правления Л.И. Брежнева (ИЛИ, Бальзака). 10-2. СИСТЕМНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ДИАДАХ УПРЯМЫХ ИРРАЦИОНАЛОВ ОБЪЕКТИВИСТОВСистемные отношения в диадах УПРЯМЫХ ИРРАЦИОНАЛОВ ОБЪЕКТИВИСТОВ в иерархии ценностей занимают наименее приоритетные позиции (±БЛ4) – у ЭТИКОВ; (±БЛ8) – у ЛОГИКОВ, хотя на её преимущества ссылаются при каждом удобном случае, призывая к сближению, дружбе и солидарности всех её членов и занимаясь мнимым миротворчеством там, где давно уже царят хаос, анархия, произвол и запустение во всех делах. Совет: «Надо уметь жить дружно, надо считаться с другими, надо уметь договариваться!» — здесь считается панацеей от всех бед (преимущественно, у РАССУЖДАЮЩИХ Гексли и Габена), — универсальным способом разрешения кризисных проблем, которое на деле оказывается неэффективным, поверхностным, — «косметическим» средством, создающим видимость миролюбия и миротворчества, видимость опеки и заботы о благополучии семьи (или системы).Как и в других диадах ОБЪЕКТИВИСТОВ, система отношений здесь важна лишь постольку, поскольку она обеспечивает благоприятные условия существования. (Или, как минимум, — позволяет создать видимость достатка, престижа и защищённости: УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ лучше, чем кто-либо умеет блефовать, стремясь создать видимость успешности.). Система, не оправдавшая ожиданий, — не обеспечившая достаточно высокий уровень социального благополучия, считается в этих диадах чем-то лишним, обременительным, и от неё здесь предпочитают вовремя избавляться, меняя на другую, более соответствующую запросам и ожиданиям. (По принципу: «Спасибо этому дому, пойдём к другому.»). При этом к «перебежчикам» («предателям системы») в этих диадах отношение остаётся суровым и претензии предъявляются самые строгие: «Почему, вместо того, чтобы улучшить положение в системе, человек попросту покидает её? А как же дружба, взаимовыручка? Ведь мы все — одна команда (одна семья)!»К себе в аналогичных случаях претензии не предъявляют, находят оправдания, причину, предлог и повод для того, чтобы из системы (или из семьи) уйти. Позиция («закон джунглей»): «Каждый сам за себя» всемерно осуждается в этих диадах, но, тем не менее, является основным мотивом личного принятия решений — руководством к действию в личных интересах и целях. (Рассуждают так: «Если не я за себя, то кто за меня?!» — и уходят искать лучшей доли. А потом спохватываются: «Если я только за себя, то зачем я?!» — и находят себе защитников или помощников.)Если не получается жить в рамках системы, значит приходится существовать, –искать себе защиту и помощь – вне её. Главное — жить. Выживать в любых условиях. А живёшь ты в системе, в семье («ячейке общества») или вне её — это уже другой вопрос, и он никого не касается, — важно то, как ты сам смотришь на свои отношения с окружающим миром, вне зависимости от оценки других. Это воззрение позволяет УПРЯМЫМ ОБЪЕКТИВИСТАМ выйти на позиции крайне индивидуалистического взаимодействия с окружающим миром. Но и оно в этих диадах считается допустимым: «Если бы у меня было несколько жизней, я бы прожил одну для себя, другую для папы с мамой, третью — для тёщи, четвёртую — для жены…Но у меня есть только одна жизнь. И прожить её я хочу для себя — так, как считаю нужным.» Демонстративная структурная логика (±БЛ8) «ТВОРЧЕСКИХ ПРАГМАТИКОВ» Габена и Бальзака, позволяющая вольно трактовать постулаты системных отношений и произвольно менять её уставы, подкрепляет собой крайний индивидуализм и потребительское отношение «ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ» — Цезаря и Гексли, у которых аспект логики соотношений находится на вытесненных, антагонистических позициях мобилизационной функции — т.н.с. или «зоны страха» (±БЛ4), что заставляет их «судорожно» — правдами и неправдами всеми возможными, допустимыми и недопустимыми средствами, приспосабливать к себе условия системных отношений самым удобным для себя образом, испытывая ощущение страха и паники всякий раз, когда их заставляют менять своё отношение к принятым в системе правилам и подчиняться её уставу. Изыскивая возможность поступать по собственному усмотрению, «ТВОРЧЕСКИЕ МОРАЛИСТЫ» и «ТВОРЧЕСКИЕ ПРАГМАТИКИ» (как это бывает свойственно УПРЯМЫМ) нередко куражатся над постулатами, законами и принципами системы, искажают их в интересах собственной выгоды, для большего удобства и личной пользы. В связи с этим по отношению к другим членам системы (команды, семьи) поступают антиобщественно, асоциально, нивелируют интересы системы, извращают её идеологию. Легко завязывают и разрывают отношения в системе (в команде, в семье), устанавливают свои правила поведения и тут же нарушают их, оставаясь вне критики и претендуя на вседозволенность (как минимум, в шутку, –играя по своим правилам и устанавливая лично для себя двойные стандарты).10-3. ЧУВСТВ И ОТНОШЕНИЯ В СИСТЕМЕ ЦЕННОСТЕЙ УПРЯМЫХ — ИРРАЦИОНАЛОВ — ОБЪЕКТИВИСТОВЧувства и отношения в системе ценностей УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ («ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ» и «ТВОРЧЕСКИХ ПРАГМАТИКОВ») нередко становятся предметом творческих изысканий, научных исследований, объектом жестоких психологических опытов, проверок и экспериментов (±БЭ2, ±ЧЛ6 – у ЭТИКОВ; ±БЭ6, ±БЛ8 – у ЛОГИКОВ). Моральный и физический дискомфорт «испытуемых» при этом в расчёт не принимается. (Иногда творческий моралист, преимущественно, Гексли, может спросить «подопечного»: «Что ты при этом чувствуешь?». Полученная информация открывает для него новые возможности (–ЧИ1) и активизирует по стратегическому аспекту деловой логике (– ЧЛ6), позволяя ему действовать с ещё большей уверенностью и размахом. »ТВОРЧЕСКИЕ ПРАГМАТИКИ» вынуждают своих «подопытных» (±ЧЛ2) признаваться в испытываемых ими страданиях, изощрённо ужесточая условия психологического давления и террора: играют их чувствами (±ЧЭ4), то возбуждая, то охлаждая их. Фрустрируют их при каждом удобном случае, обнадёживают и разочаровывают, уверяют и разуверяют, зомбируя их, ставя в двусмысленное или морально зависимое положение. Превратить отношения в забавное приключение, в занимательную игру, в удобную и выгодную сделку, сулящую наибольшие преимущества и всесторонние выгоды — что может гарантировать им большую надёжность и защищённость? Хотя для других (и для себя самих) они найдут своим поступкам весьма приемлемое (с манипулятивно-этической (±БЭ2; ±ЧЭ8) и манипулятивно-логической (±ЧЛ2; ±БЛ8) точки зрения) объяснение.Для БЕСПЕЧНЫХ УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ (Гексли и Габена) это вообще не представляет проблем: если игра не задалась, её всегда можно обратить в шутку. Если сделка не задалась, её можно расторгнуть и заключить на других, более выгодных (для одной из сторон) условиях. Если отношения не сложились, их всегда «можно начать сначала», — устроить «новое знакомство», ещё раз прийти на «первое свидание», создать видимость интереса к своему «новому» (старому) знакомому (супругу, другу), устроить ещё одну «первую брачную ночь» (в очередной раз лишившись невинности). Главное — уметь договариваться, уметь выпрашивать «ещё один шанс», чтобы в очередной раз всё то же самое ещё раз суметь начать сначала. И так до тех пор, пока не находится очередной ещё лучший вариант. О котором можно (когда– нибудь потом) восторженно сообщить и предложить порадоваться редкой удаче — встрече с настоящим (и во всех отношениях достойнейшим) человеком, встрече с настоящим глубоким чувством, перед которым все предыдущие чувства и отношения меркнут: «Порадуйся за меня: это свершилось! Я встретила человека — мечту всей моей жизни!.. Ты должен меня понять и отпустить…» — и так далее, до бесконечности.). Главное — относиться к жизни легко и не делать трагедии из пустяков, а остальное приложится. И не важно, в рамках какой системы «прибудет» — в рамках той, или этой. Главное — не упустить свой шанс, свою победу, своё преимущество, свой счастливый случай. Главное, — чтобы можно было легко и приятно жить, комфортно существовать всем со всеми. Этой задаче — умению договариваться — и посвящена «ТВОРЧЕСКАЯ УСТУПЧИВОСТЬ УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ, (исходя из признаковой УСТУПЧИВОСТИ творческих аспектов — этики отношений (±БЭ2) — у ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ, Цезаря и Гексли, и деловой логики (±ЧЛ2) — у ТВОРЧЕСКИХ ПРАГМАТИКОВ, Бальзака и Габена). Этическая маневренность «ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ» (±БЭ2) совмещается с прагматизмом этической активности их дуалов, «ТВОРЧЕСКИХ ПРАГМАТИКОВ» (±БЭ6), легко завоёвывающих доверие и дружбу своей деловой услужливостью, которая считается у них знаком хорошего отношения и расположения. (Чем на свидание к девушке цветы носить, лучше исправить (или подправить) сантехнику или бытовую электротехнику в её квартире. А там — понимай, как хочешь: принимай как дружбу, или как ухаживание, вольному воля. Главное всегда можно уйти от прямого ответа и избежать требований и претензий. Удобная двусмысленность ситуации, позволяет построить и двусмысленно лёгкие, ни к чему не обязывающие отношения. Если девушка начнёт предъявлять претензии, требуя большей определённости и однозначности, отношения с ней будут расторгнуты. (Но тоже не сразу, — время от времени к ней можно будет приходить «на чашку чая» и заниматься починкой электроприборов. Для творческого прагматика лучшие отношения это те, которые никогда не исчерпают себя в «перспективе». К этическим отношениям ТВОЧРЕСКИЙ ПРАГМАТИК относится, как к неразменному банковскому билету на крупную сумму, под который бесконечно долго можно брать выгодный и удобный кредит. Если кредит доверия всё же оказывается исчерпан, и девушка требует максимальной определённости в отношениях и в настоящем, и в будущем, если используя ту же уловку, она его — ТВОЧРЕСКОГО ПРАГМАТИКА!— как «мастера на все руки» (±ЧЛ2), бесплатно выполняющего любую техническую работу, рекомендует своим знакомым и пускает его «по рукам», отношения и вовсе разрываются. У ТВОЧРЕСКОГО ПРАГМАТИКА своя стратегия в отношениях, своя тактика, свои планы, задачи и цели. Свой расчёт и своя выгода. Свои формы и методы, развития отношений, которыми он сам предпочитает манипулировать и творчески управлять. И то, как они (эти методы) соотносятся с его этическими отношениями и планами, он сам предпочитает решать. Если это кого то раздражает и не устраивает, унижает, разочаровывает, приводит в отчаяние, разбивает надежды, мечты, разрушает иллюзии, ломает планы на будущее — всё это не его (ТВОЧРЕСКОГО ПРАГМАТИКА) проблема. Это — побочный эффект его действий, которые он, тем не менее, считает вполне уместными, целесообразными и даже очень этичными. И в каком-то смысле это имеет под собой основания, поскольку творческая программа УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ (ИРРАЦИОНАЛОВ) сводится к этическому и техническому поиску лучших условий взаимодействия (±БЭ2) и (±ЧЛ2), что предполагает и частую смену партнёров, связанную с неудачным опытом взаимоотношений (следствие болезненных этических и психологических «исследований» и экспериментов) и частый разрыв отношений с неизбежными при этом глубокими моральными и психологическими травмами. В силу этих болезненных побочных эффектов, являющихся результатом творческой прагматичной маневренности (±ЧЛ2) и этической манипулятивности (±БЭ2), принимая во внимание тот моральный ущерб, который причиняется представителям психологически несовместимых ТИМов, вольно или невольно вовлечённым в эти отношения, диады УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ (СЭЭ, Цезаря, ИЛИ, Бальзака, ИЭЭ, Гексли и СЛИ, Габена) мы условно назовём «СЕРДЦЕЕДАМИ».

Приносим свои извинения за некоторую некорректность названий этой и последующей групп ТИМов. К сожалению, все альтернативные варианты либо ещё менее корректны, либо не отражают сути их характеристик (в ракурсе соотношения этих психологических признаков).10-4. ПОЗИЦИЯ ЭТИЧЕСКОГО ПРЕВОСХОДСТВА И СОЦИАЛЬНОГО ДОМИНИРОВАНИЯ УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ («СЕРДЦЕЕДОВ»)ОСНОВНАЯ ПОЗИЦИЯ «СЕРДЦЕЕДОВ:

при всех условиях нужно стремиться к нравственному превосходству и социальному доминированию,

при всех условиях нужно стремиться к явным и преимущественным выгодам»

«при всех условиях нужно оставаться в выигрыше»,

«при всех условиях нужно «быть на высоте» («уметь сохранить своё лицо»),

«при всех условиях нужно уметь сохранить за собой самые выгодные позиции.

А для этого ЛУЧШЕ БЫТЬ ТЕМ, КТО ВЫТЕСНЯЕТ (непосредственно или опосредованно) из семьи (и системы), занимая чужое место, чем быть тем, КОГО ВЫТЕСНЯЮТ и чьё место занимают.

ЛУЧШЕ БЫТЬ ТЕМ, КТО ЗАМЕЩАЕТ ОДНОГО ПАРТНЁРА ДРУГИМ, ЧЕМ ТЕМ, КОГО ЗАМЕЩАЮТ.

С вытесняемым партнёром при всех условиях следует расставаться мирно, с тем, чтобы не нажить в его лице мстителя и врага. На этом основании вытесняемому (или замещаемому) партнёру предоставляется «утешительный приз» в виде «дружбы»: ему предлагают расстаться друзьями с тем, чтобы его «дружескими услугами» в будущем можно было выгодно пользоваться: обращаться к нему за «дружеской помощью и поддержкой «, заниматься с ним сексом «по-дружески», наносить ему «дружеские визиты» по праздникам, просить его о «дружеских одолжениях» и «дружеских поручительствах и попечительствах», занимать у него «по-дружески» деньги на неопределённый срок без расписки.Свою практическую пользу и выгоду в этом плане «СЕРДЦЕЕД» отслеживает прежде всего. А потому в первую очередь соблюдает заповедь «не навреди» в отношении самого себя: «Не навреди самому себе!». Создание благоприятных условий существования для самого себя является для него задачей первостепенной важности: «дружеский секс» нужен ему для здоровья, «дружеские займы» — для благополучия, «дружеские визиты» — для ощущения праздника в будние дни, для поднятия настроения, для поддержания тонуса, для установления новых полезных связей и отношений. Каждый человек, в том числе и недавний партнёр, с которым удалось расстаться «по-дружески», остаётся для него «банком возможностей», «бездонным колодцем всевозможных благ», из которого ещё можно многое почерпнуть. Необходимость замещать старые, изжившие себя (исчерпавшие свой «дружеский потенциал») связи новыми, «СЕРДЦЕЕД» также отслеживает в первую очередь. Как говорила одна милейшая дама (СЭЭ, Цезарь): «Я встречаюсь с мужчинами только до тех пор, пока их чувства ко мне не угасают. Пока они за мной ухаживают, дарят мне цветы и подарки, я с ними встречаюсь. Но как только их отношения становятся прозаичными, будничными, я с ними тут же расстаюсь и нахожу себе новых поклонников. Стараюсь не доводить их отношение ко мне до измены — не позволяю себе им наскучить настолько, чтобы они первые мне изменили, не позволяю им первыми меня бросить. Не позволяю себе их ревновать. Ревность унизительна. Поэтому я стараюсь не ревновать, а бросаю их первой… Это и уважение к себе прибавляет, и самооценку повышает. А ходить несчастной, обиженной, брошенной я не могу. Это не для меня — это слишком унизительно…»Не отстают от своих дуалов и творческие прагматики — ИЛИ, Бальзак (-ЧЛ2) и СЛИ, Габен (+ЧЛ2).Пример:Милейшая девушка — Бальзак делится опытом со своей подругой: «Я на первое свидание не прихожу, даже если сама его назначаю. Пропускаю это время и жду, что парень сам мне позвонит, поинтересуется, почему не пришла. Если не звонит и не спрашивает, значит его это «не зацепило» — ничего ко мне не испытывает, я ему безразлична, значит и мне тоже нет смысла о нём сожалеть. А если звонит и интересуется, всегда можно придумать какую — нибудь отговорку, чтобы не слишком его разочаровывать. На второе свидание я уже прихожу, но немножко опаздываю, чтобы заставить его поволноваться, понервничать…» По способности наживать себе врагов «СЕРДЦЕЕДЫ» не знают себе равных в соционе, но относятся к этому философски: «Чему быть, того не миновать; всего не предусмотришь».Игнорируя (или опровергая) негативное мнение о себе, стараются на всех производить приятное впечатление; очень заботятся о своей репутации. Исходя из личных амбиций, высокого самомнения и завышенной самооценки, неуклонно повышают уровень личных запросов и требований (УПРЯМЫЕ). Не стесняются набивать себе цену. Не стесняются устраивать аукцион, предлагая себя как главный приз или высококачественный товар, заявляя с нарочитым высокомерием: «Мою дружбу (уважение, любовь) надо заслужить!..». Не стесняются блефовать, рассказывая о своих выдающихся успехах на всех мало — мальски приоритетных фронтах. Не стесняются втягивать партнёров в «лохотрон», изводя их новыми придирками и претензиями. Не стесняются откровенно играть «на повышение», требуя всё лучших условий, запрашивая за себя (за свою любовь, уважение, дружбу) всё более высокую цену. В дуальную пару они сходятся после целой серии изощрённых этических манипуляций (±БЭ2) и сложных технических ухищрений (±ч.л.2), включающих в себя и

способность работать на престиж, репутацию, завышенную самооценку,

способность везде и во всём отслеживать свою выгоду,

способность всегда оставаться при выигрыше и не терять своих преимуществ;

способность владеть своими и манипулировать чужими чувствами,

способность умело блефовать и не выдавать своих истинных чувств и намерений;

способность лукавить, хитрить, изворачиваться, обольщать, но не обольщаться;

способность вести двойную игру на нескольких фронтах сразу и оставаться всегда в выигрыше;

способность запутывать, заметать за собой следы, выходить невредимым из самых рискованных ситуаций;

умение переносить свою вину на голову партнёра (свойство, нередко вызывающее у них улыбку, уважение и восхищение);

способность с лёгкостью относиться к собственной инициативе в смене партнёра («Мой милый друг уж надоел мне, его вчера я прогнала…»).

Посредством огромного количества хитростей и уловок, этических и прагматичных манипуляций они осуществляют «отсев» «неподходящих» партнёров, останавливая свой выбор на одном-единственном — «подходящем», — отношениями с которым стараются дорожить. 10-5. УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ. ОТНОШЕНИЕ К ИЗМЕНЕ И РЕВНОСТИУ УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ («СЕРДЦЕЕДОВ») ревность считается унизительным свойством, демонстрацией собственной слабости, ущербности и несостоятельности, неумением достойно проигрывать. Подсознательно она также проявляется как реакция на опосредованное вытеснение из системы. (Непосредственного вытеснения из системы «СЕРДЦЕЕДЫ» как ИРРАЦИОНАЛЬНЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ вообще не признают.) Сам факт, схему или возможность таких вытеснений отрицают или оспаривают, утверждая: «Никто никого не вытесняет. Всё это – придирки и домыслы озлобленных параноиков. Даже если между нами и возникают какие-то осложнения, мы стараемся не придавать им значения. Живём, как одна мирная и дружная семья…». А сколько лицемерия и фальши стоит за этими мирными и дружескими отношениями, об этом, разумеется, умалчивают – «это никого не касается». УПРЯМЫЕ (а особенно, АРИСТОКРАТЫ) предпочитают не выносить сор из избы.Ощущать себя вытесняемыми из системы УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ могут. Осознавать и признавать себя вытесняемыми (а тем более подчиняться вытеснению) отказываются (УПРЯМЫЕ) и всячески ограждают себя от этого. Отсюда и постоянные поиски новых систем (новых тёплых гнёзд), где можно было бы прижиться. И поиски новых друзей и поклонников (через которых можно было бы опосредованно, без особых обязанностей и обязательств внедриться в систему (на правах залётного гостя, случайного друга семьи, полезного и ценного знакомого). Отсюда и вызывающе лёгкое отношение к смене партнёров (или партнёрш), мотивируемое их непостоянством и непрочностью взаимоотношений с ними, и демонстративная позиция «но изменяю им первый я», и стремление разыгрывать из себя «хищника», захватывающего очередную «жертву» и цинично бросающего её после откровенного и унизительного для неё «использования». Отсюда и жестокая самоуверенность «победителя», разыгрывающего при расставании эффектный финал: «Я получил от тебя всё, что хотел. Больше мы с тобой встречаться не будем.» Отсюда и стремление намечать для себя очередную жертву и «запасаться» ею заранее, чтобы чувствовать себя свободней и уверенней в отношениях с другими партнёрами. Отсюда и откровенно циничные рассуждения: «Если тебе нужен мужчина, пойди и возьми его …». (Как если бы мужчина был «вещью» или «продуктом», который можно было бы принести домой в хозяйственной сумке и употребить на десерт.) Отсюда и экстравагантное заявление о выборе профессии (одной из древнейших), влечение к которой представляется как «призвание»: «Я люблю жизнь, полную красивых и ярких впечатлений. Люблю, чтобы за мной красиво ухаживали, водили по ресторанам. Люблю часто менять поклонников. Я же не виновата, что всё это люблю! Почему я не могу жить так, как мне хочется?». (При этом, разумеется, забывают, что на всякого «мелкого хищника» всегда находится «крупный хищник», умеющий выгодно использовать чужие прихоти, слабости и фантазии в своих целях.).11. УПРЯМЫЕ — РАЦИОНАЛЫ — СУБЪЕКТИВИСТЫ. («НОРМАТИВНЫЕ МОРАЛИСТЫ» и «НОРМАТИВНЫЕ ПРАГМАТИКИ»)11-1. СИСТЕМНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ОТНОШЕНИЙ В ДИАДАХ УПРЯМЫХ-РАЦИОНАЛОВ-СУБЪЕКТИВИСТОВПравовая защита и жёсткая систематизация отношений — основа основ их взаимодействия в паре. Свои права в системе отношений оба партнёра считают нужным отстаивать и никому ни на йоту не уступать (УПРЯМЫЕ).Партнёрские отношения здесь в первую очередь рассматриваются, как отношения в системе («Мы — система: ты да я. Мы с тобой — одна семья.»). «Системные» отношения в семье постоянно координируются, регулируются, совершенствуются обоими партнёрами, но преимущественно, — партнёром — логиком (программным — систематиком) — ЛИИ, Робеспьером (-БЛ1) или ЛСИ, Максимом (+БЛ1). Измена партнёрским отношениям здесь приравнивается к измене интересам системы — измене интересам семьи, её репутации, общественному положению, престижу и статусу каждого из её членов. Предательство интересов партнёра (или семейных интересов) здесь считается тягчайшим проступком, заслуживающим самого сурового наказания (иногда даже «высшей меры») — вплоть до того, что изменивший своему долгу (своей системе) партнёр лишается права на существование как в самой семье, так и вне её (чтобы вообще больше никому не достался и ни в соблазн, ни во искушение никого больше не ввёл).Но некоторые послабления здесь всё же иногда допускаются: если партнёр того заслуживает, если безукоризненно выполняет свои обязанности, вызывает уважение и доверие главы семейства, его поощряют некоторыми правами и льготами. Как рассказывал об отношениях в своей семье один очень симпатичный, молодой человек (ЛСИ, Максим): «Вообще-то я — очень демократичный муж. Я своей жене многое позволяю. Вот висят у неё в шкафу всякие разноцветные платья, я ей разрешаю любое надевать. Если хочет, может сегодня красное платье одеть, завтра — зелёное, послезавтра — синее… Я — не то, что другие: я ей предоставляю свободу выбора…».Куда более строгие правила устанавливаются в ДЕМОКРАТИЧНОЙ диаде РАССУЖДАЮЩИХ УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ, где стеснённый материальными условиями ЛИИ, Робеспьер (подсознательно ориентированный на дуализацию с необузданным в своих желаниях Гюго) решает экономические проблемы в семье за счёт всемерного сокращения (минимизации) расходов на её содержание. Вопрос экономного потребления материальных ресурсов семьи им поднимается довольно часто. «Зачем тебе надевать красное платье, если у тебя есть зелёное? — может спросить он жену и тут же порекомендовать: «Донашивай сначала зелёное платье, а потом будешь носить красное. Если сэкономить на одежде, больше денег останется на что-то другое…» (Как очень точно заметил своей жене один из представителей этого ТИМа: «Зачем тебе покупать шубу к зиме, если холодов в этом году уже точно не будет? По прогнозам обещали, что зима будет тёплая. Можно будет обойтись курткой или демисезонным пальто…»)Материальное обеспечение партнёрских отношений здесь может быть ничтожно малым, но это ровным счётом ничего не меняет: были бы защищены (или присвоены) права на распределение привилегий и материальных благ, а остальное приложится. В семейных отношениях УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ всё подчинено правилам и порядкам, устанавливаемым системными логиками — ЛИИ, Робеспьером (-БЛ1) и ЛСИ, Максимом (+БЛ1). Так, например, Робеспьера отличает стремление к справедливому распределению семейных обязанностей. Известны случаи, когда они предлагают партнёрам устанавливать расписание выполнения домашних работ: «По чётным дням ты забираешь ребёнка из садика, по нечётным — я.», или: «По чётным дням ты моешь посуду, по нечётным — я. Там, где месяц заканчивается нечётным числом, на следующий месяц вывешивается расписание с обратным порядком, — чтобы всё было справедливо».Другого системного логика — ЛСИ, Максима отличает привычка перечислять пункты уставов и правил в разговоре: «Так, правило номер один: со мной не спорить! Правило номер два: делай то, что я говорю!..» и т.д. до бесконечности, — сколько поправок и замечаний, столько и правил: «Правило номер сто сорок восемь: ванную по утрам больше пяти минут не занимать!»)УПРЯМЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ устанавливают очень жёсткие порядки в семье, исходя из распределения прав и обязанностей, из субъективного представления о чести семьи и о долге перед семьёй каждого из её членов. Борьба за распределение прав и обязанностей, льгот, привилегий и преимуществ, равно как и контроль за их распределением (исходя из демократических или иерархических приоритетов), здесь проводится постоянно. Оспаривать своё мнение УПРЯМЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ никому не позволяют, возводя его в ранг непреложной истины, догмы, аксиомы, не требующей доказательств. (ИНТРОВЕРТОВ — СТАТИКОВ здесь выручает статическая авторитарность мнений и их жёсткая системная организация. ЭКСТРАВЕРТОВ — ДИНАМИКОВ — эмоциональная экспансия при посредстве которой эти мнения навязываются.). Устанавливаемая ими система требований, проводимая как «устав отношений», возводится ими в ранг незыблемого закона, неукоснительно соблюдаемого правила. Возражения партнёров при этом в расчёт не принимаются. (Да и не всегда в них усматривается необходимость: партнёры — этики — ЭСЭ, Гюго и ЭИЭ, Гамлет, внушаемые по аспекту логики соотношений (±БЛ5) чаще соглашаются с их мнением, чем оспаривают его. Одновременно с этим они и сами суггестируют своих дуалов- статиков по аспекту этики эмоций (±ЧЭ5), переключая их внимание на более приятные вещи и привнося эмоциональное разнообразие в их довольно унылый, строго организованный быт.В силу жестокого педантизма в организации быта, в силу жестокой заорганизованности семейных отношений, выстраиваемых по образцу системных, диады УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ (Гюго — Робеспьер и Гамлет — Максим), мы условно называем «ПЕДАНТАМИ». 11-2. «ПЕДАНТЫ» В СИСТЕМЕ СЛУЖЕБНЫХ И ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ«ПЕДАНТЫ» недолюбливают индивидуалистов — тех, кто обособляется, отрывается от коллектива. Такие люди вызывают у них подозрение, а вне коллектива, вне рамок системы за ними трудно наблюдать: неизвестно, чем они дышат, чем живут. Их частную жизнь трудно обсуждать: в коллективе никто и ничего про них не знает. (Аспект этики отношений является областью коллективной реализации (коллективного обсуждения) в квадрах СУБЪЕКТИВИСТОВ.)»ПЕДАНТЫ» обожают «осуществлять контроль в системе»:

любят интересоваться соблюдением установленных правил и навязывать свои коррективы;

постоянно интересуются нововведениями, проводимыми в системе, — тем, какие правила приняты в том или ином ведомстве, когда они начали действовать, что они собой представляют, кто их ввёл и как контролирует их исполнение, кто каким ведомством руководит, кто и за что отвечает — всё это интересно «ПЕДАНТАМ».

любят просвещать новичков относительно тех или иных правил, возмущаются, когда новичок эти правила игнорирует (могут заявить на него инструкторам, пожаловаться начальству, обсудить его поведение в коллективе.

очень внимательны к распределению льгот в системе и служебным перемещениям; обсуждают эти вопросы в коллективе: интересуются формальной и неформальной служебной иерархией, формальными и неформальными отношениями в коллективе (всегда знают, кто у кого в любимчиках, кто у кого в подчинении, кто кого собирается сместить, подсидеть и т.д.);

серьёзно относятся к общественным мероприятиям, проводимым в рамках системы;

обожают участвовать во внеплановых общественно — политических мероприятиях — собраниях, митингах, демонстрациях, общественно — полезных работах, сборах средств;

осуждают тех, кто отлынивает от этих мероприятий, недооценивая их важности, и поддерживают энтузиастов;

требовательны и придирчивы к качеству выдвигаемых общественных инициатив;

требовательны к выдвигаемым кандидатурам общественных активистов.

11-3. «ПЕДАНТЫ» («НОРМАТИВНЫЕ МОРАЛИСТЫ») В СИСТЕМЕ ЭТИЧЕСКИХ ЦЕННОСТЕЙСистемные логики («нормативные моралисты») превыше всего ценят системную организацию общественных устоев.(Аспект системной логики, логики структур (±БЛ1) — их ЭГО — программа) и видят свою первоочередную задачу в том, чтобы до бесконечности шлифовать, совершенствовать, подправлять уставные составляющие системных отношений, в ракурсе которых соблюдение моральных принципов является для них второстепенным подспорьем — вспомогательной структурой, позволяющей укреплять системные отношения (как, например, заповедь: «Чти отца своего!») и более совершенно их организовывать (в духе требований времени, гуманистического развития общества и цивилизации). Аспект этики отношений занимает достаточно значимые позиции нормативной функции в модели ИНТРОВЕРТА — СТАТИКА (ЛСИ, Максима или ЛИИ, Робеспьера), определяет меру взаимной моральной ответственности партнёров и устанавливает этические нормативы в системе отношений, требуя их неукоснительного соблюдения. (верность супружескому долгу и связанной с ним системе отношений как раз и является одним из таких установленных и жёстко соблюдаемых этических нормативов). В системе приоритетов структурного логика (±БЛ1) как «нормативного моралиста» (±БЭ3) мораль может и извращаться, и искажаться, и носить изворотливый манипулятивный характер. И даже превращаться в собственную противоположность, принимая откровенно аморальные и безнравственные формы. Но при этом в любом случае и при любых аналитических и методических ракурсах она будет служить укреплению структурных устоев, навязываемых системными логиками, будет способствовать усилению их власти, их авторитета, будет работать на накопление льгот и преимуществ, позволяющих им (по их воле, желанию, мнению) доминировать им в этой системе и оправдывающих их действия с позиций установленных ими (в качестве допускаемых и разрешённых) моральных норм.Но, конечно, наибольшими перегибами, допускающими извращённые и жестокие методы, отличается манипулятивная (ролевая, нормативная) этика отношений ЛСИ, Максима (+БЭ3). Возводя себя в статус абсолютного доминанта системы (+БЛ1 ) и стараясь по — максимуму использовать преимущества своего положения (-ЧИ1 ), представители этого ТИМа проводят жестокую, деспотичную политику в отношении своих ближних, пытаясь завоевать их расположение насильственными методами (-ЧС2). Требуя от них безоговорочного подчинения и призывая к смирению и послушанию (+БЭ3), они навязывают им свою волю, свою систему взглядов и представлений, делая их абсолютно зависимыми от своих прихотей, своих амбиций, от своего мнения, настроения, убеждений и взаимоотношений с окружающим миром. Пример:Муж — ЛСИ, Максим, находясь в жестоком конфликте с женой — ИЭЭ, Гексли, постоянно настраивал детей против неё и даже избивал их за то, что они позволяли себе вежливо и приветливо с ней разговаривать. Добившись от них безусловного подчинения и дождавшись того дня, когда дети, повинуясь его требованию, стали матери откровенно хамить, он вывел их на прогулку, усадил в скверике на скамеечку и провёл с ними воспитательную беседу, беседуя в таком тоне: «Я хочу поговорить с вами, дети, поговорить вот о чём: вы в последнее время позволяете себе грубо разговаривать с мамой. А это не хорошо. Знаете стишок? — «Кто вас, детки, крепко любит? Кто вас нежно так голубит? —Мама дорогая, мама золотая!..» — Вот так. Обращайтесь с мамой вежливо. Я приказываю!». Вернулись они с прогулки домой, и отец тут же отпустил в адрес жены грязное ругательство. А когда сын напомнил ему содержание недавней беседы, залепил ему оплёуху: «Мал ещё отца учить!». Бедные дети надеялись, что после этой беседы в семье воцарится мир и покой. Но всё осталось по-прежнему. Просто отец ненадолго сменил маску и под настроение решил поиграть «в добрячка». (Было бы желание считать себя «суровым, но справедливым», а повод для моральных и физических истязаний всегда найдётся.). Вскоре этот человек был изолирован от общества и осуждён за нанесение тяжких увечий жене и детям. На суде он пытался выставить себя добрым и любящим семьянином. Вспомнил эпизод про нравоучение в скверике и потребовал вызвать в качестве свидетелей своих детей: пусть подтвердят, что он учил их добру, учил любить мать и быть вежливыми. Но судья верил не словам, а фактам. И для принятия решения ему было достаточно выписки из больничных карт потерпевших.11-4. ЭТИЧЕСКИЙ КОНТРОЛЬ В ДИАДАХ УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ («ПЕДАНТОВ»)Изворотливая манипулятивность нормативной морали программных логиков — субъективистов (ЛИИ, Робеспьера и ЛСИ, Максима) координируется их дуалами — программными эмоциональными этиками (ЭСЭ, Гюго и ЭИЭ, Гамлетом), которые с позиций своей наблюдательной этики отношений (-БЭ7) контролируют поведение партнёра в семье, встречной жёсткостью, вспыльчивостью и упрямством могут противостоять его деспотичным мерам. Умеют постоять за себя и ни при каких условиях не позволят калечить психику своих детей изуверскими, псевдо — нравственными манипуляциями. Ради сохранения фальшивого мира в семье молчать не будут, но при любых условиях будут сражаться за истинно благоприятные отношения, даже если ради этого придётся оспаривать каждое слово «главы семьи», ловить его на лжи и противоречиях его собственным принципам и постулатам. Мораль в представлении «ПЕДАНТОВ» — ЭТИКОВ (ЭСЭ, Гюго и ЭИЭ, Гамлета) также является подспорьем разумных и справедливых семейных (или системных) отношений, в рамках которых они предъявляют очень высокие требования к своим дуалам, отстаивают свои права и привилегии в семье и, требуя разумной и справедливой целесообразности в принятии решений, настаивают на неукоснительном выполнении их обязательств перед семьёй, на соблюдении разумного и справедливого устава (и уставных отношений) в семье и заставляют педантично следовать установленным в системе правилам, при которых каждый член семьи имеет наравне с обязанностями и свои права, и привилегии. Имеет право требовать к ним уважение и имеет право их отстаивать. Если ЛОГИК — «ПЕДАНТ» этой коррекции своевременно не получает (что происходит во всех отношениях, кроме дуальных) он идёт на этический и логический беспредел. Начинает вести себя как откровенный тиран и самодур, исследующий в процессе своего произвола границы дозволенных и допустимых возможностей. Не встречая достойного (яростного, эмоционального) сопротивления, ужесточает диктат и переходит к прямому физическому насилию, моральному и психологическому террору. Теряет ориентиры по всем аспектам взаимодействия со своей системой (семьёй), извращает этические и логические принципы этого взаимодействия до предела (с точностью до наоборот) и становится для системы (семьи) «лишним звеном», пагубным и обременительным элементом, от которого и избавляются всеми возможными и допустимыми средствами. После ожесточённых конфликтов и жарких споров Гюго и Гамлет безоговорочно выдворяют их из системы (могут сделать это и гораздо быстрее — всё зависит от опыта отношений), причём расправиться могут самыми жестокими, но эффективными средствами, до которых заранее просят их не доводить. «ПЕДАНТЫ» — ЭТИКИ являются хранителями морального и этического благополучия в системных отношениях, — контролёрами соблюдения этических правил и принципов в системе и в семье. 11- 5.УПРЯМЫЕ — СУБЪЕКТИВИСТЫ. ОТНОШЕНИЕ К ИЗМЕНЕ, РЕВНОСТИ И ВЫТЕСНЕНИЮ ИЗ СИСТЕМЫИзмену партнёра УПРЯМЫЕ — СУБЪЕКТИВИСТЫ («ПЕДАНТЫ») воспринимают не только как предательство интересов системы, но и как социальную и идеологическую диверсию, к которой относится и подрыв авторитета «доминанта системы» (раньше он был уважаемым в семье человеком, а теперь против него всех настроили), и разрушение семьи, как «ячейки общества» (семья была организована как система, как иерархия, а теперь она как иерархия перестала существовать: остался один только бесприютный и неустроенный «доминант», которому теперь нужно искать для себя новое социальное подспорье). Вытеснение из системы УПРЯМЫМ — СУБЪЕКТИВИСТОМ («педантом») воспринимается как низкая и подлая интрига, — заговор, который самые близкие и дорогие ему люди устроили за его спиной: собрались, сговорились, его качества и способности обсудили, возможно даже посмеялись над ними, признали его «несостоятельным» для выполнения функций доминанта в системе, — сочли его «слабым», «взаимозаменяемым» звеном, занимающим чужое место, и теперь относятся к нему, как к «отработанному материалу», лишая его всех прав и привилегий, вышвыривают его из системы вон за ненадобностью и непригодностью. Сама мысль об этом заставляет его восставать против этой вопиющей несправедливости и ожесточённо бороться за своё место в системе: он столько сил потратил на то, чтобы её создать, укрепить, сохранить; он так честно и преданно ей служил, отказываясь ради других членов системы от многих причитающихся ему благ, льгот и привилегий, а теперь его же из этой системы и выгоняют!).Наиболее возмутительными ему кажутся заявления о неадекватности его реакции на всё происходящее: дескать, «никто его ниоткуда не вытесняет, никто на него не нападает, все желают ему добра и стараются ему помочь». Что приводит его в ещё большую ярость и отчаяние: можете считать его параноиком, но иначе как вытеснением из системы он, исходя из своего субъективного, системного мировосприятия, ни себе, ни другим всё происходящее объяснить не может. (И по большому счёту он прав: он же не виноват, что его оппонент не способен мыслить системно и анализировать ситуацию в ракурсе взаимодействия в системе!).11-6. УПРЯМЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ («ПЕДАНТЫ»). ВНЕДРЕНИЕ В ЧУЖУЮ В СИСТЕМУВнедрение «ПЕДАНТА» в систему может быть так же опасно, как и его вытеснение из системы. (Хотя бы потому, что «садиться в чужие сани» и занимать чужое место ему неприятно — это незаконно, это против правил.) О возможном вытеснении из чужой системы, «ПЕДАНТ» никогда не забывает. Об этом вытеснении, внедряясь в чужую среду, он думает, этого вытеснения боится и старается изначально его предотвратить. За тем и закрепляет свои права и своё влияние в системе, а впоследствии и превышает их, расширяет своё влияние и ужесточает меры воздействия на коренных обитателей — созидателей этой системы, исконных хозяев этой среды (эко-ниши), стараясь их запугать. Начинают с вытеснения самых слабых членов системы, сокрушительно воздействуя на них эмоциональным давлением и волевым напором, а заканчивают вытеснением старших (или самых необходимых) членов системы, объявляя их «лишним звеном». Могут вообще всех разогнать, а потом сетовать на своё одиночество.Пример: Молодая девушка (ЛИИ, Робеспьер) приехала в Ленинград из провинции. Поступила в институт, подружилась и сблизилась с ленинградцем — сокурсником (ЭИЭ, Гамлетом). Вышла за него замуж и переселилась к нему вскоре после того, как его родственники (мать, бабушка и сестра с ребёнком и мужем) расширили свою жилплощадь, поменяв с доплатой малогабаритную «двушку» на большую трёх — комнатную квартиру. Студенты — молодожёны вселись в отдельную комнату и начали терроризировать своих родственников. Устраивали им скандалы и склоки по пустякам, нагнетали обстановку, как могли. Первой не выдержала сноха (сестра «молодожёна») и развелась со своим мужем, — домашние скандалы и склоки обострили её отношения с ним. Вытеснив из квартиры её мужа, который после развода чувствовал себя здесь «чужим», они ополчились на неё и её ребёнка. После долгих, отчаянных споров выжили из квартиры и их: заставили, за неимением других вариантов, переехать в другую страну на постоянное место жительства. Затем пришла очередь свекрови и бабушки. Тут всё было проще: бабушку (94-летнюю) отправили в другой город к родственникам. А через два года выжили и свекровь: сначала заставили её снимать жильё в другом месте, а потом отправили в дом престарелых. Когда их единственный сын подрос, отслужил в армии и закончил учёбу в институте, они вытеснили и его (из трёх-комнатной квартиры), — заставили снимать жильё на стороне. Теперь живут вдвоём, друг с другом ссорятся, дома сидят по разным углам, сохраняют вооружённый нейтралитет.Внедряясь в чужую систему, «ПЕДАНТ», при любых условиях либо захватывает её, вытесняя под различными предлогами её исконных обитателей, либо в борьбе с ними разрушает и уничтожает эту систему (по принципу: «что не моё, то ничьё»). Но прежде, он попытается её колонизировать, утвердить в ней свои законы, порядки и правила. И чем глубже та пропасть, с которой он начинает своё восхождение к вершинам, тем беспощадней будут методы захвата системы и ожесточённее репрессии. Рассчитывать, что он будет благодарен тем, кто помог ему внедриться в систему — не предусмотрительно и наивно. Своих «благодетелей» «ПЕДАНТ» (как и любой СУБЪЕКТИВИСТ) будет воспринимать, как кредиторов, ожидающих возврата долга в виде ответной благодарности и услуг. А кредиторов никто не любит, — кому приятно оставаться перед кем-то в неоплатном долгу, испытывать чувство вины или моральной зависимости из-за отсроченного долга? «Благодетелей», ожидающих ответных услуг, рассматривают как потенциальных врагов, опасаясь их обиды и мести. А потому и устраняют их, и вытесняют из системы в первую очередь, чуть только они перестают оказывать покровительство (что обусловлено доминированием приоритетной логики систем над этикой отношений», воспринимаемой в ракурсе системной логики «этическими условностями», этическим формализмом, — формальной, нормативной этикой отношений.)Примерами экспансивного захвата власти с последующим вытеснением и устранением потенциальных соперников пестрит вся история цивилизации, начиная с библейских времён.Яркий пример такого рода экспансии представлен и в русской истории: захват власти при российском дворе византийской цесаревной Софией Палеолог (ЭИЭ, Гамлет), ставшей второй женой царя Ивана III и в борьбе за неограниченное влияние уничтожившей его престолонаследников от первого брака — его сына, царевича Ивана (внезапно погибшего от странной болезни ног) и его внука, малолетнего царевича Дмитрия, заключённого (по распоряжению Софии) вместе с матерью, царевной Еленой, в темницу, где впоследствии оба были умерщвлены. Предполагалось, что у Софии Палеолог были политические основания для таких действий: она согласилась на брак с Иваном III при условии, что Москва станет «Третьим Римом» — преемницей и наследницей православной Византии, завоёванной к тому времени турками. Столкнувшись с реальным положением вещей, София сделала свои выводы относительно происходящего: она не захотела, чтобы политическая преемственность была номинальной; она это посчитала «неправильным», почувствовала себя униженной, обманутой, оттеснённой на второстепенные позиции. Не желая для своих родных детей незавидной судьбы изгоев, она стала своими средствами бороться за кровную, генетическую преемственность трона византийских кесарей. Яркий пример нейтрализации потенциальных соперников подаёт и Роксалана (ЭИЭ, Гамлет) — бывшая пленница и рабыня, ценой жесточайшего соперничества проложившая себе путь к трону, ставшая любимой женой султана Сулеймана Великолепного и полновластной владычицей Османской империи в первой половине XVI века. Убив фаворита своего мужа и оттеснив от него всех других жён, она полностью подчинила его своему влиянию. А убив его старшего сына и престолонаследника от первой жены, открыла путь к престолу своим детям, старший из которых был убит её врагами в отместку за её интриги и козни. Но зато другой её сын долгие годы управлял страной после смерти отца. Нейтрализация потенциального конкурента и вытеснение его из системы — древнейший биологический инстинкт и распространённый способ борьбы за существование, — естественный и необходимый при борьбе за место в системе.У СУБЪЕКТИВИСТОВ, способных хорошо ориентироваться в системных отношениях и ожесточённо бороться за преимущественное место в системе (доминанта аспекта логики соотношений), этот инстинкт развит сильнее и реализуется осознанно и непосредственно, — непосредственным волевым воздействием на вытесняемый из системы объект. У ОБЪЕКТИВИСТОВ, плохо ориентирующихся в системных отношениях и не способных (или не желающих) ожесточённо бороться за место в системе, он развит слабее и реализуется неосознанно и опосредованно (что обусловлено реализацией аспекта логики соотношений на «слепых», лаборных блоках модели) — созданием негативного фона, нездоровой, гнетущей обстановки и нестерпимых условия существования для очередного, вытесняемого из системы, «кандидата на выбывание».

Часть IV

12. УСТУПЧИВЫЕ — ИРРАЦИОНАЛЫ — СУБЪЕКТИВИСТЫ. «ПРОБЛЕМНЫЕ МОРАЛИСТЫ» и «ПРОБЛЕМНЫЕ ПРАГМАТИКИ»12-1. ЦЕЛЕВЫЕ ПРОГРАММЫ УСТУПЧИВЫХ – СУБЪЕКТИВИСТОВЦелевые программы УСТУПЧИВЫХ — СУБЪЕКТИВИСТОВ сводятся к поиску лучших условий существования во времени и в пространстве, исходя из личных возможностей (своего субъективного мнения о них) и условий окружающей среды, что обусловлено их ЭГО — программами, исходя из их иррациональных аспектов, доминирующих в квадрах СУБЪЕКТИВИСТОВ). Статический стержень диады (статическая модель ментального кольца дуала-СТАТИКА) здесь, как и в предыдущих группах, является определяющим. И если ИРРАЦИОНАЛЬНАЯ целевая направленность ЭГО-программы здесь сводится к поиску лучших условий существования, то её творческая РАЦИОНАЛЬНАЯ реализация — манипулятивная структурная логика (±БЛ2) занимается поиском и структурированием новых и лучших социальных систем. Для УСТУПЧИВОГО — СУБЪЕКТИВИСТА все системы и двери открыты. Достаточно только захотеть проникнуть в эту систему, найти в ней какие-то преимущества, удобные для себя условия и свойства, а там уже можно и смело внедряться в эту систему. Сначала «через уступку» пристроиться к ней, а затем уже через «реванш» и подстраивать её под себя, устраиваясь на преимущественных и приоритетных позициях.Свой дом, свою или чужую семью УСТУПЧИВЫЙ — СУБЪЕКТИВИСТ -ИРРАЦИОНАЛ тоже рассматривает как такую удобную, гибкую, растяжимую, маневренную, манипулятивную экосистему. Позиция «Спасибо этому дому, пойдём к другому!» или «Объединим эти два дома и присоединим к нему третий» — удобный и характерный способ системных манипуляций УСТУПЧИВЫХ — СУБЪЕКТИВИСТОВ — СТАТИКОВ (ИЛЭ, Дон — Кихота и СЛЭ, Жукова), которым в не меньшей степени активизируются (по активационной логике соотношений ±БЛ6)и их дуалы — ДИНАМИКИ — СЭИ, Дюма и ИЭИ, Есенин. »Ласковый телёнок двух маток сосёт» — любимая поговорка этих творческих эмоциональных этиков (±ЧЭ2) — она же и руководство к действию. Каждую новую эко-нишу для себя (внедряясь в чужой дом и в чужую систему) они завоёвывают куда более мягко, изобретательно и деликатно, пользуясь своей творческой эмоциональностью и демонстративной этичностью гораздо успешнее, чем их дуалы — жёсткие и напористые в своём стремлении взять реванш УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ -ЭКСТРАВЕРТЫ — СТАТИКИ — ЛОГИКИ — ИЛЭ, Дон — Кихот и СЛЭ, Жуков. Возникшая привязанность к новому и более интересному (перспективному, удобному, выгодному) объекту и субъективная оценка значимости личного отношения к нему побуждают УСТУПЧИВОГО СУБЪЕКТИВИСТА переходить от одного партнёра к другому (или совмещать одного партнёра с другим), менять одну семью (систему) на другую или совмещать их, дополняя одну другой, в поисках лучших условий существования. Побочные эффекты всех этих поисков, совмещений и перемещений могут быть очень травматичными для тех, кто оказывается вовлечён в эти «транзитные» партнёрские отношения, страдает от их непрочности и непродолжительности, считает их неполными и неполноценными и ощущает в них себя «случайным партнёром» — «переменной величиной», а свой дом — «перевалочным пунктом». Сами же УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ в силу своей структурологической и эмоциональной маневренности (±БЛ2 и ±ЧЭ2) такое положение считают для себя приемлемым и удобным. А во многих случаях и единственно возможным. В силу этих особенностей и свойств диады УСТУПЧИВЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ (Дон-Кихот — Дюма и Жуков — Есенин), мы условно называем «ВОЛОКИТАМИ». 12-2. УСТУПЧИВЫЕ — ИРРАЦИОНАЛЫ — СУБЪЕКТИВИСТЫ В СИСТЕМЕ ОТНОШЕНИЙПо аспектам этики отношений (±БЭ4) и деловой логики (±ЧЛ4) представители этих групп создают больше проблем, чем решают. И это их основное отличие от всех предыдущих. О сложности этических отношений «проблемные моралисты» (УСТУПЧИВЫЕ — СУБЪЕКТИВИСТЫ -ЭКСТРАВЕРТЫ — СТАТИКИ) любят пространно порассуждать: Дон — с нарочитой глубокомысленностью, Жуков — с шокирующим цинизмом. Аспект этики отношений в этой группе является вытесненной ценностью, занимает место «аутсайдера» стержневых (программных статических) ценностей и является их «антиподом — антагонистом», что часто проявляется и в откровенном пренебрежении к законам морали, и в непреодолимом желании поступить вопреки им, и в стремлении подвести под эти желания противоречащую моральным нормам «научную» или идеологическую базу.Как УСТУПЧИВЫЕ — ИРРАЦИОНАЛЫ — СУБЪЕКТИВИСТЫ («ВОЛОКИТЫ») могут на время уступить своё не слишком удобное (или не слишком выгодное) место в системе тем, кто на него очень активно или очень агрессивно претендует. Но затем попытаются взять реванш и вернуть себе прежние привилегии, полномочия и льготы. Удерживая прежнее место в системе за собой, они одновременно встраиваются в другую удобную и выгодную для них систему (эко-нишу, среду), втираются в доверие к иерарху системы (или к одному из её членов, отвечающему за распределение привилегий и материальных благ) и благополучно существуют в этой уже новой системе на правах «близкого друга», «друга семьи» («милого друга», «всеобщего любимца», «милого дитяти», «приёмного подопечного»…) до следующего перехода в другую систему на ещё более выгодных и удобных условиях. Способность «дуриком пролезать в чужой вагон, пробиваясь на самые льготные места», умение трепетно и деликатно (издалека и загодя) обхаживать потенциального покровителя — будущего (временного или постоянного) спутника жизни (желательно, — ответственного квартиросъёмщика или ответственного за распределение материальных благ и ресурсов), способность быстро и без особых усилий втираться к нему в доверие и устанавливать с ним близкие и доверительные отношения, позволяющие претендовать на преимущества и льготы при распределении материальных благ — всё это ценные свойства и качества, позволяющие УСТУПЧИВЫМ СУБЪЕКТИВИСТАМ быстрыми темпами продвигаться к намеченной цели. Особенно успешными в этом плане оказывается диада РЕШИТЕЛЬНЫХ — УСТУПЧИВЫХ — ИРРАЦИОНАЛОВ — СУБЪЕКТИВИСТОВ. И в первую очередь, её ЭКСТРАВЕРТ-СТАТИК — СЛЭ, Жуков, способный решительно и энергично пробиваться на самые льготные и преимущественные места в системе, уверенно на них претендовать и надёжно закреплять за собой. Не отстаёт от него и его нежный и трепетный дуал — ИЭИ, Есенин, способный легко и непринуждённо внедряться в любую систему, незаметно для окружающих проходить на приоритетные позиции и удобно устраиваться в «случайно освободившейся» (или специально подготовленной для него) эко-нише с намерением остаться в ней на продолжительный срок (что однако не мешает ему тут же присматривать для себя удобное местечко где-нибудь в другой (смежной или альтернативной) системе. Способность быстро осваиваться в новой среде в не меньшей степени свойственна и диаде РАССУЖДАЮЩИХ — УСТУПЧИВЫХ — ИРРАЦИОНАЛОВ — СУБЪЕКТИВИСТОВ — диаде «ПЕРВОПРОХОДЦЕВ» — ИЛЭ, Дон — Кихоту и его дуалу СЭИ, Дюма. Щедро раздаривающий свои идеи Дон-Кихот считает естественным для себя правом внедряться в чужой проект, переходить из одной системы в другую в поисках лучших условий и обнадёживающих перспектив, блуждать из дома в дом в поисках лучшего пристанища и оседать под чужой крышей в поисках временной или постоянной опеки. В благодарность за радушный приём может развеять скуку гостеприимных хозяев интересными рассказами о своих долгих и многотрудных поисках правды, истины, справедливости и скрасить одиночество приветливой хозяйки дома. Ещё более легко приживается в чужом доме и осваивается в нём, как в своём собственном, его неунывающий и не теряющийся в незнакомом обществе дуал — СЭИ, Дюма, способный в кратчайший срок расположить к себе всех присутствующих и стать душой их компании. Освоение новой среды обитания, равно как и захват преимущественных позиций в любой эко-нише или экосистеме — приоритетное свойство и первостепенная задача его ЭГО-программы (+БС1). Обжить, приспособить для себя наиболее удобным образом Дюма может практически любое пространство и любую среду. И везде будет чувствовать себя, как дома. И даже лучше, чем дома. Расположение и доверие собеседников он завоёвывает очень легко. Подолгу просиживает в каждой новой компании, переводя разговор на всё новые, интересующие его темы. И не уходит, пока не получит исчерпывающих сведений о всех проживающих в этом доме жильцах и соседях, пока не освоится в этом доме окончательно, пока не почувствует, что истощил уже все ресурсы и все возможности гостеприимных хозяев и превысил предел их терпения. »Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро…». А Дюма не просто ходит в гости, он прежде всего осваивает и изучает новую территорию. Обживает её, приспосабливается к ней, стараясь устроиться в ней с ещё большим комфортом. И, конечно, человеческий фактор играет в этом процессе немаловажную роль: к каждому человеку Дюма находит нужный подход, подбирает особенный «ключик». По способности входить в доверие, проникать в души людей так же легко, как входить в их дома и осваиваться там, прочно закрепляя за собой самое тёплое и уютное место, ему нет равных во всём соционе. 12- 3. УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ. ОТНОШЕНИЕ К ИЗМЕНЕ, РЕВНОСТИ И ВЫТЕСНЕНИЮ ИЗ СИСТЕМЕУ УСТУПЧИВЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ («ВОЛОКИТ») ревность также проявляется как реакция на вытеснение из системы и сопровождается ощущением страха вытеснения из среды обитания, ощущением бесприютности своего существования в этом мире и осознанием необходимости поиска новой благоприятной эко-среды, новой экологической ниши, чтобы было где ему, бесприютному голову приклонить. В числе прочих вариантов рассматривается и необходимость вернуться к прежним (теперь уже разорённым и брошенным) «эко-нишам», в надежде найти там хотя бы временное пристанище. Просто вернуться к прежнему, пусть даже исчерпавшему свой эко-потенциал (растратившему свои материальные и психологические ресурсы, истощившему кредит доверия и предел терпения) партнёру и сказать:«Меня оттуда выгнали, я к тебе пришёл. Не прогонишь?.. Они со мной так подло поступили!..» (и дальше следуют рассказы о злоключениях, которые длятся не одну ночь…). Выставить за дверь УСТУПЧИВОГО СУБЪЕКТИВИСТА («ВОЛОКИТУ») бывает чрезвычайно трудно. С первого раза это мало кому удаётся. За своё место в системе, за освоенную им эко-нишу «ВОЛОКИТА» борется крайне ожесточённо, отчаянно: да гори хоть весь мир синим пламенем, он своего облюбованного и обжитого им места в системе никому не уступит. Чтоб освободить от него это место приходиться и милицию вызывать, и вещи его за порог выкидывать, и выпроваживать его за дверь со всеми почестями. Да только всё впустую: спустить себя с лестницы он не даёт, ожесточённо сопротивляется вытеснению, цепляется за ручку двери, за перила, за каждую ступеньку. Вещи свои обратно пропихивает в квартиру. Крик и визг поднимает такой, что все соседи сбегаются посмотреть на происходящее. Насиженное место в системе УСТУПЧИВЫЙ СУБЪЕКТИВИСТ покидает только после того, как находит лучший альтернативный вариант. Да и то не надолго: от него ещё не успели отдохнуть, как он опять уже появляется на пороге — под благовидным предлогом (якобы, что-то важное забыл захватить), или просто зашёл на огонёк, рассказать, как с ним подло поступили в другом доме. Заодно может попытаться снова пристроиться в прежней системе. Начнёт вспоминать: «Ведь нам с тобой хорошо было вместе!..». А чуть только почувствует себя прощённым, тут же начнёт вести себя, как полноправный хозяин дома: станет перетягивать привилегии на себя, притеснять слабых, зависимых членов семьи, снова будет втираться в доверие к тем, кто ведает распределением материальных благ, льгот, привилегий, ресурсов. С ними он начнёт разыгрывать роль этакого «милого котика», всеми любимого «дорогого дитяти». И одновременно будет присматривать себе лучший, альтернативный вариант на стороне (на тот случай, если его нынешним покровителям снова захочется вызвать милицию).12- 4. «ВОЛОКИТЫ». ПРИНУДИТЕЛЬНОЕ ЗАКРЕПЛЕНИЕ В СИСТЕМЕПринудительное, жёсткое закрепление в рамках одной системы воспринимается УСТУПЧИВЫМ СУБЪЕКТИВИСТОМ так же болезненно, как и вытеснение из системы, и сопровождается экологической «ломкой» этой системы (психологическим и физическим распадом сложившихся связей, а в более крупном, геополитическом плане — её социальной и политической деградацией с последующим тотальным разрушением: «ВОЛОКИТА» ненавидит её, как свою тюрьму, и ему нечего терять с её распадом, «кроме своих цепей».(В качестве примера можно привести народные восстания и бунты на Руси (интегральный тип — ИЭИ, Есенин), вызванные отменой «Юрьева дня» и ужесточением крепостничества в период правления «самозванного» царя, Бориса Годунова (СЛЭ, Жуков), усугублённые природными катаклизмами (заморозками в середине лета, продолжавшимися несколько лет подряд), воспринимаемыми как предвестники «конца света». Последующее за этим отчаяние, выплеснувшееся в массовых бесчинствах «смутного времени», завершилось экспансией интервентов, тотальным опустошением и разорением всей страны, гибелью значительной части её населения.). 13. ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ ГРУППАМИ.13-1.»ПЕДАНТЫ» и «СЕРДЦЕЕДЫ» (УПРЯМЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ И УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ)(Интертипные отношения: конфликт, квазитождество, прямая и обратная ревизия, прямой и обратный соц. заказ)Достаточно представить себе отношения «ПЕДАНТА» и «СЕРДЦЕЕДА», чтобы (хотя бы приблизительно) очертить тот круг этических и уставных (структурологических) проблем, которые возникают между ними.Если «ПЕДАНТ» поначалу с полной мерой ответственности относится к партнёрским отношениям, стараясь не отступать от установленных правил и договорённостей, то «СЕРДЦЕЕД» прежде всего видит в них приятное развлечение, весёлую и увлекательную игру, позволяющую приятно и интересно провести время, проявить свою изобретательность, творческие способности, реализовать себя в прагматичной или в этической сфере и извлечь из этого какую-то выгоду для себя («ТВОРЧЕСКИЕ МОРАЛИСТЫ» и «ТВОРЧЕСКИЕ ПРАГМАТИКИ»).Двустандартные и двусмысленные отношения предполагают лёгкое и безболезненное расставание с партнёром, необходимое «СЕРДЦЕЕДУ» для дальнейших «поисков самого себя и своего места в жизни». Партнёру при этом дают понять, что отношения с ним были всего лишь приятной и лёгкой игрой, ни к чему не обязывающим, весёлым и безобидным развлечением, которое завершается фазой «дружеского расставания», для того, чтобы продолжиться, сохранить и приумножить накопленный опыт в каких-то других формах и отношениях. Такая форма отношений считается у «СЕРДЦЕЕДОВ» особым проявлениям чуткости, мудрости и гуманизма: никто не в обиде, никто никому не обязан, оба партнёра могут расстаться друзьями или, как минимум, остаться товарищами и продолжать оказывать друг другу полезные услуги.Но вся беда в том, что у УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ («ПЕДАНТОВ») прагматизм не является приоритетной ценностью, и представление о гуманизме и мудрости у них совершенно иное. Поэтому «добрых намерений» «СЕРДЦЕЕДОВ» они не понимают и их стремление превратить серьёзные отношения в приятную и лёгкую игру воспринимают как унизительное издевательство над их добрым отношением и чувствами: «Я к нему со всей душой, а он оказывается со мной «играет»!» — будет возмущаться ЭСЭ, Гюго. ЭИЭ, Гамлет будет возмущён и оскорблён ещё больше: на его чувствах играть нельзя!А измены он не прощает. Предательство — самый тяжкий грех в диаде Гамлет — Максим. Системные логики — «педанты » — Максим и Робеспьер почувствуют себя беспредельно униженными и несправедливо обиженными. В двустандартной и двусмысленной игре «СЕРДЦЕЕДОВ» они увидят откровенно циничное коварство, проявление беспринципности, подлости, лукавства и алчности, из-за чего и будут воспринимать эту «игру» как попытку использовать их потенциал (их статус, социальное и материальное положение, их связи и возможности) в своекорыстных целях, самым унизительным и бесчеловечно жестоким способом.Такой противоположный взгляд на отношения «ПЕДАНТОВ» и «СЕРДЦЕЕДОВ» обостряет антагонизмы в неблагоприятных межличностных и интертипных отношениях (в ИТО ревизии, конфликта, квазитождества, прямого и обратного соц. заказа).Пренебрежительное отношение СЕРДЦЕЕДОВ к идеологии, защищающей интересы системы, и трепетное отношение к ней ПЕДАНТОВ также усиливает возмущение и раздражение «ПЕДАНТОВ»-ЭТИКОВ (Гюго и Гамлета), побуждая их в рамках обратной ревизии бороться за свои идеалы, защищать и отстаивать их (в рамках любой системы, в частном или в общественном порядке). А заодно и обрушивать праведный гнев в широкомасштабной идеологической борьбе на своих непосредственных подревизных — УПРЯМЫХ ИРРАЦИОНАЛОВ — ЛОГИКОВ (ТВОРЧЕСКИХ ПРАГМАТИКОВ — «СЕРДЦЕЕДОВ») — СЛИ, Габена и ИЛИ, Бальзака, которые к навязанной им доминирующей идеологии могут относиться, мягко говоря, безразлично, а по большому счёту могут вообще считать её «социальным безумием» и «массовым психозом» и прятаться от неё куда подальше, — в укромное, тихое место, рассчитывая, что там их никто не найдёт и они смогут пересидеть там в тишине и покое тяжёлые и смутные времена. Но там-то как раз их и находят поборники правящей идеологии, их социальные ревизоры ЭСЭ, Гюго и ЭИЭ, Гамлет, — оттуда их извлекают и выводят «на чистую воду» — на общественное порицание, на идеологическую чистку и обвиняют в предательстве интересов системы, выражаемом в безучастности к происходящим в системе (семье, коллективе, стране, обществе) событиям (волнениям, настроениям). Спокойно жить своей частной жизнью ревизоры (ЭСЭ и ЭИЭ) своим подревизным уже не дадут, — каждого из них сделают объектом общественной травли и не успокоятся, пока не заставят их быть сопричастными к происходящим вокруг событиям. Отсутствие ответной реакции со стороны подревизных заставит их ужесточить свой террор. (Пример: эпизод из фильма «До свидания, мальчики!», в которых компания молодых парней под предводительством неформального лидера ЭСЭ, Гюго третирует одинокого частного предпринимателя, оставшегося в этом приморском городе с времён НЭПа — местного «сердцееда» (СЛИ, Габена), который днём чинит примусы в своей мастерской, а вечером, переодевшись в костюм капитана дальнего плаванья знакомится с заезжими курортницами, красиво ухаживает за ними, рассказывает им о своих дальних странствиях и приключениях. Возможно когда-то этот человек и был капитаном дальнего плаванья, а может только мечтал об этой профессии, но юные правдолюбы всего этого в расчёт не принимают. Они объявляют «жестянщика» своим заклятым врагом, повсюду его преследуют, разоблачают, выставляют лжецом, лицемером и «язвой на теле общества», хотя лично им он ничего плохого не сделал, и отдыхающие в его обществе дамы тоже ничего против него не имеют.) Но наиболее жаркие баталии между «ПЕДАНТАМИ» и «СЕРДЦЕЕДАМИ» разыгрываются в системных отношениях, вокруг аспекта системной логики — программного у УПРЯМЫХ — СУБЪЕКТИВИСТОВ — СТАТИКОВ — РАЦИОНАЛОВ (ЛСИ, Максима и ЛИИ, Робеспьера) и мобилизационного (ТНС) у их подревизных и конфликтёров — УПРЯМЫХ — ОБЪЕКТИВИСТОВ — СТАТИКОВ — ИРРАЦИОНАЛОВ — СЭЭ, Цезаря и ИЭЭ, Гексли.Как «проблемные («слабые») систематики» (±БЛ4) УПРЯМЫЕ-ЭТИКИ-ОБЪЕКТИВИСТЫ — «СЕРДЦЕЕДЫ» (СЭЭ, Цезарь и ИЭЭ, Гексли) любую систему рассматривают как удобную стартовую площадку для будущих своих великих свершений устремлений. При этом они менее всего склонны предполагать, что именно индивидуалистические наклонности их поведения, проявляющиеся при максимально успешной реализации их способностей и талантов, будут восприняты как вопиющее нарушение системных отношений, станут предметом зависти и осуждения со стороны сослуживцев. Пристраиваясь то к одной, то к другой группировке в системе, проявляя демонстративную лояльность то к одним, то к другим происходящим в системе преобразованиям — смещениям, перемещениям, вытеснениям, Цезарь и Гексли подхватывают любую инициативу начальства (если только она не направлена против них) стараются быть в авангарде любых начинаний (даже самых абсурдных), реализуют любую идею (при условии, что она не повредит лично им), составляя конкуренцию рьяным «слугам системы» (каковыми являются их конфликтёры и ревизоры ЛСИ, Максим и ЛИИ, Робеспьер), которые тут же и усматривают в их действиях, нарушение устоев и порядков системы: нарушение субординации, неформальные отношения с начальством, самовольный контроль по отношению к другим сослуживцам с последующим захватом их должностей, моральное и психологическое давление на руководство и т.д. Самомнение, заносчивость Цезаря и Гексли, злоупотребление служебным положением, откровенный вызов существующим в системе порядкам, пренебрежение уставом системных отношений вызывает наибольшее осуждение «ПЕДАНТОВ» и становится причиной многих служебных и внеслужебных конфликтов.Но больше всего «ПЕДАНТА» раздражает то «неведенье», с которым «СЕРДЦЕЕД» творит своё «бесчинство» в системе. Что ни сделает, — всё «не виноват», на чём ни поймают, — всё он «не при чём». Даже будучи пойманы «за руку», реально уличены в чём-либо неподобающем, постыдном, недопустимом, они «удивляются»: «А что тут такого? Что, собственно, произошло? Ну, подумаешь, неудачно расположились на чужом рабочем столе? А что, — нельзя?.. Ну, подумаешь, в рабочее время отвлеклись на что-то другое, — это же не преступление!..» Можно сослаться ещё и на моральный аспект, но кто его здесь учитывает! Мораль — область свободного творчества «СЕРДЦЕЕДОВ», — здесь они сами решают, где её обходить, где нарушать, а где ставить на вид другим.)В системных отношениях для «СЕРДЦЕЕДА» (а особенно ЭТИКА) не существует препятствий в виде правил, порядков, уставов. «СЕРДЦЕЕД» ими пренебрегает всякий раз, когда ему напоминают о них. Но при этом сам может о них напомнить другим тогда, когда ему это выгодно (ТВОРЧЕСКИЙ МОРАЛИСТ): ему можно нарушать правила, другим нельзя. И это обстоятельство в наибольшей степени раздражает его ревизоров и конфликтёров — программных системных логиков («ПЕДАНТОВ»). Те просто места себе не находят, сталкиваясь с такой вопиющей несправедливостью. И как НОРМАТИВНЫЕ МОРАЛИСТЫ (±БЭ3) осуждают поведение ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ — Цезаря и Гексли (±БЭ2) — с позиций морали: «Кто они, чтобы ставить себя над системой — над её правилаи, порядками и законами — кто дал им право?!.. Почему одним можно, а другим нельзя? — возмущённо спрашивают они. «А вот так! — заносчиво отвечает УПРЯМЫЙ — ОБЪЕКТИВИСТ -ЭТИК. — Мне можно, другим нельзя!» — и задирает нос, поглядывая на оппонента сверху вниз. И этим провоцирует ПЕДАНТА не только на конфликт, но и на драку (поскольку удержаться от того, чтобы не дать этому нахалу оплёуху, ему будет очень трудно). О том, что это была провокация, ПЕДАНТ (системный логик) узнает несколько позже, — когда его самого выдворят из системы (за нарушение общепринятых правил поведения, за рукоприкладство, за нанесение морального и физического ущерба, за оскорбление действием, за проявление несдержанности и немотивированной агрессии).Во избежании противоправных действий ПЕДАНТ может первым пожаловаться на СЕРДЦЕЕДА. Придёт к начальству и доложит по всей форме: «Я с (таким-то…) работать отказываюсь! Он моё мнение не уважает. Выставляет меня дураком! Регулярно хамит мне! Всем хамит. Правила нарушает! И меня заставляет правила нарушать! А я не хочу! Примите меры…»Сбить апломб с СЕРДЦЕЕДА бывает очень трудно. Апломб — его щит, его твердыня, его маска, за которой он скрывают неуверенность в своей правоте. И тем не менее, СЕРДЦЕЕДУ часто удаётся смутить ПЕДАНТА, пытающегося призвать его к порядку. (Как это произошло с одной милейшей девушкой — ЛСИ, Максимом в её безуспешной попытке пристыдить зарвавшегося сослуживца — ИЭЭ, Гексли. Возмущённая его поведением, она попыталась его укорить. Сказала:«Работник ты никакой, а наглости — хоть отбавляй! Откуда ты такой взялся? Кем ты себя возомнил? Что ты собой представляешь?» — на что тот ей с вызовом ответил: «А ты останься после работы, тогда узнаешь!».) Конечно, и НОРМАТИВНЫЙ МОРАЛИСТ (ПЕДАНТ) может склонить ТВОРЧЕСКОГО МОРАЛИСТА (СЕРДЦЕЕДА) к нарушению правил, порядка и дисциплины в системе. Но будет оправдывать себя тем беспорядком, который царит вокруг: если правила всё равно никем не соблюдаются, то и он не должен отвечать за других. И опять же в происходящих в системе бесчинствах он будет винить извечного своего «врага» — СЕРДЦЕЕДА: это под его влиянием началось разложение нравов в системе, это он завёл дурные порядки, это при его попустительстве всё пошло наперекосяк, это он воспользовался личными связями и протащил на руководящие посты своих родственников, это он развалил всю работу и морально разложил коллектив, это он истощил ресурсы системы, он «во всём виноват», на него «всех собак» можно вешать. (А как же иначе, если он в открытую пренебрёг моральными нормами? На кого же указывать, как не на него? НОРМАТИВНЫЙ МОРАЛИСТ, ПЕДАНТ — преданный слуга системы: он всегда знает, кто виноват, знает, на кого можно указать, а на кого — нельзя. Он в таких вопросах не ошибается.)ПЕДАНТ (преимущественно, Максим) первый предостерегает всех тех, на кого Цезарь и Гексли пытаются распространить своё влияние. Чуть только заметит, что кто-нибудь из новичков идёт у них на поводу, сейчас же отводит его в сторону и предупреждает: «Если не хочешь себе неприятностей, держись от них подальше. Они ничему хорошему тебя не научат.» Сами же СЕРДЦЕЕДЫ словно не замечают того, что творится вокруг (стараются быть «выше этого») и в слепой самоуверенности продолжают вести себя так, словно сами устанавливают порядки в системе. А против этого уже протестуют их конфликтёры и ревизоры — программные ЛОГИКИ — СУБЪЕКТИВИСТЫ. Они сообщают о своих опасениях руководству, и вот уже СЕРДЦЕЕД попадает под наблюдение «инициативной группы». А дальше — одно или несколько замечаний, и вопрос о его пребывании в коллективе решается уже не в его пользу. В самый кратчайший срок он с наихудшими характеристиками, с «волчьим билетом», со штрафными выплатами из выходного пособия выдворяется из системы. Затем вытесняют и всех его выдвиженцев. ПЕДАНТЫ ликуют: «Справедливость восторжествовала!». Система как жизнеспособный и самодостаточный организм избавилась от разлагающих её элементов и возродилась в своём лучшем качестве.По счастью ТВОРЧЕСКИЕ МОРАЛИСТЫ — Цезарь и Гексли — проигрывают ПЕДАНТАМ только в системных отношениях. И только потому, что пренебрегают правилами, принятыми в системе. (Не могут ими не пренебрегать: уж очень вся эта «муть» их раздражает!) Но за пределами системы, в сфере свободных отношений этические позиции у ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ оказываются сильнее (±БЭ2), чем у НОРМАТИВНЫХ (±БЭ3), и им удаётся опять взять реванш. И тут уже ПЕДАНТ становится очередной жертвой своего рокового влечения к СЕРДЦЕЕДУ, который вне системы (и вне системных отношений) чувствует себя, как рыба в воде. И манипулирует чувствами и желаниями ПЕДАНТА, управляя им, как марионеткой. Но стоит только «СЕРДЦЕЕДУ» опять попытаться устроиться на работу в систему (в солидную фирму, в государственное учреждение), как начальник — «ПЕДАНТ» уже видит намётанным глазом в нём своего исконного врага — будущего «проблемного сослуживца» — будущий «кошмар наяву», который едва только появившись в системе, тут же начнёт её разрушать, ниспровергая её основы и порядки. Начнёт разлагающе действовать на сослуживцев, наивно спрашивая: «А зачем вы это делаете? Зачем эту инструкцию выполняете? Да бросьте!.. Да отмените вы её! Зачем она тут нужна?! Толку-то от неё…». И это будет происходить по каждому поводу, на каждом шагу. И вывести из системы этого «разрушителя» будет очень и очень трудно. ПЕДАНТ — кадровик может конечно же сразу ему отказать. Может даже попытаться швырнуть ему трудовую книжку в лицо с вопросом: «С чего вы решили, что нам вообще нужен такой специалист?» — как это делали кадровики — ПЕДАНТЫ в прежние (советские) времена. Но сейчас (к счастью!) не прежние времена, и ПЕДАНТ может дать СЕРДЦЕЕДУ ещё один шанс успешно проявить себя на новом рабочем месте.

Часть V

13-2. «ВОЛОКИТЫ» и «МОРАЛИСТЫ»(Интертипные отношения: конфликт, квазитождество, прямой и обратный соц. заказ, прямая и обратная ревизия)Нравственный антагонизм отношений «ВОЛОКИТЫ» и «МОРАЛИСТА» изначально является определяющим (на что указывают и сами названия этих групп): для «МОРАЛИСТА» нравственный кодекс является сверх значимой ценностью, главным ориентирном в системе координат, отправной точкой всех его действий. Для «ВОЛОКИТЫ» моральный кодекс — нагромождение обременительных законов и правил, усложняющих жизнь во всех её аспектах, а потому нуждающихся в упразднении, упрощении или хотя бы частичном их пересмотре. Эти этические «упрощения» спонтанно и предпринимаются ими на каждом шагу — там, где этого требуют или даже не требуют обстоятельства — ради самоутверждения, ради рекламы, «принципа ради», ради эксперимента (чтобы проверить, что можно, а что нельзя), на спор, спорта ради, для удовольствия (почувствовать себя свободным от них), для развлечения, ради новых и ещё больших удобств, пользы ради, ради частной и общей выгоды и т. д…И все эти качественные и количественные преимущества отступлений от моральных норм кажутся им столь весомыми и убедительными, что уже по этой причине позволяют не пересматривать своё отношение к моральным нормам: «А зачем, если мы и так хорошо живём?» »МОРАЛИСТ» не считает нужным упрощать правила морали. Даже если сам в чём — либо от них отступает, он видит пользу в том, чтобы их укрепить, полагая что это поможет и ему, и другим в будущем избегать искушений, держать себя в рамках, жить в согласии со своей совестью и нравственными принципами. И, что немаловажно, — поможет повысить самооценку по программному или суггестивному аспекту этики отношений, что уже само по себе хорошо.»ВОЛОКИТА» (как слабый, проблематичный моралист), следуя моральным догмам, может повысить самооценку по своей демонстративной этики отношений (±БЭ8) или по ТНС(±БЭ4), но это во многих случаях оборачивается для него потерями и ограничениями по программному иррациональному аспекту (по программе поиска лучших условий существования), что рассматривается им как несоизмеримо больший урон (пока хранил верность одной семье, упустил возможность утвердиться в другой), поэтому говоря о морали, он чаще выступает реформатором существующих правил (если говорит искренне). Когда ему указывают на несовместимость его предложений (нововведений) с краеугольными моральными принципами, он этих замечаний просто не слышит (пропускает их мимо ушей), говорит о том, какие выгоды сулят человечеству эти реформы, какую пользу из них можно извлечь. Моральный кодекс в связи с этим является для него гибким, пластичным материалом, из которого можно лепить всё, что угодно — всё, что удобно и выгодно, всё что хочется и всё, что нравится. Главная цель всех этих этических преобразований — не перекрывать возможностей поиска альтернативных вариантов решения этических проблем. В условиях ожесточённой борьбы за существование моральные кодексы УСТУПЧИВЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ отходят на такие отдалённые в своей минимизированной значимости позиции, что о них вообще могут забыть (а потом вспомнить, чтобы оправдать какие — то неблаговидные поступки, ссылаясь на то, что в экстремальных условиях о морали думать не приходится — «на войне, как на войне»).»МОРАЛИСТАМ» — программным этикам или их дуалам — в экстремальных условиях о морали всё же приходится думать прежде всего. Более того, МОРАЛИСТ себя в первую очередь к этому и готовит — прогнозирует, мысленно и технически отрабатывает ситуацию, при которой он с риском для жизни будет вызволять из беды своих товарищей. (Воображает себя спасателем, профессионально готовит себя к этой миссии). Ожидание этого подвига, сама возможность его совершить создаёт ощущение упорядоченности в его жизни, позволяет ему испытать чувство морального удовлетворения, которое хочется переживать вновь и вновь. Жизнь, представляемая им как подвижничество, как подвиг нравственного самопожертвования, позволяет ему ощутить себя востребованным и успешно реализованным в этом мире. По его мнению, в жизни всегда есть место нравственному подвигу, поэтому на нравственном поприще «МОРАЛИСТ» (преимущественно, «программный этик») вне зависимости от рода занятий работу для себя всегда найдёт. УСТУПЧИВЫЙ — СУБЪЕКТИВИСТ — ЭТИК (Дюма, Есенин) демонстрирует «демо версию» аспекта этики отношений, раздувает её демонстративный, выставочный вариант (±БЭ8). Может найти удобную для себя эко — нишу в этой связи (примкнуть к перспективному движению по защите моральных прав, приоритетов и ценностей, подключиться к удобному и выгодному идеологическому почину), но формальное отношение к нравственным ценностям, их восприятие в ракурсе культовых предпочтений при этом останется в нём определяющим. Мораль в системе ценностей СУБЪЕКТИВИСТОВ (и УСТУПЧИВЫХ, и УПРЯМЫХ) должна работать на общество, на идеологию, должна поддерживать интересы системы, обязана быть её опорой (±БЛ↑, ±БЭ↓). Только при этих условиях система может быть жизнеспособной. В иерархии ценностей «МОРАЛИСТОВ» (УСТУПЧИВЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ) правовая, системная организация общества является социальной нормой, необходимой для развития высоко моральных, нравственных отношений (±БЭ↑, ±БЛ↓). 13-3. «МОРАЛИСТЫ» и «СЕРДЦЕЕДЫ».(Интертипные отношения: ИТО активации, зеркальные ИТО, обратная и прямая ревизия, обратный и прямой соц. заказ.)Расхождения во взглядах на мораль, на истинные и ложные моральные ценности являются источником постоянных раздоров между УСТУПЧИВЫМИ и УПРЯМЫМИ ОБЪЕКТИВИСТАМИ — «МОРАЛИСТАМИ» и «СЕРДЦЕЕДАМИ». Моральные принципы для «СЕРДЦЕЕДОВ» часто играют роль «поощрительных купонов», позволяющих им самоутверждаться во мнении общества. Исполняют роль «козырной карты» в успешной и ловкой игре, «разменной монеты» в удобном и выгодном торге, «дешёвой приманки» для доверчивых простаков. Чем дешевле досталась победа, тем она выгодней и ценней: можно похвастаться быстротой достижения цели, можно сэкономить больше сил и ресурсов для будущих громких побед. Все эти действия не вызывают доверия у «МОРАЛИСТОВ», а значит занижают самооценку «СЕРДЦЕЕДОВ» по творческому (или активационному) аспекту этики отношений (±БЭ2 ), фрустрируя их, расхолаживая их активность, создавая помехи для будущей успешной самореализации на творческом поприще. В связи с этим выявляется ещё одна конфликтогенная зона — противоборство между творческим ракурсом (у «СЕРДЦЕЕДОВ») и аналитическим ракурсом (у «МОРАЛИСТОВ») приоритетного и доминирующего аспекта этики отношений: УПРЯМЫЕ «СЕРДЦЕЕДЫ», стремясь утвердить своё нравственное превосходство ожесточённо и яростно нападают на «МОРАЛИСТОВ» (в ИТО прямой ревизии, прямого соц. заказа, в активационных и в зеркальных ИТО), УСТУПЧИВЫЕ «МОРАЛИСТЫ» отбиваясь от их нападок, после нескольких безуспешных попыток их переубедить начинают (как это и свойственно РАЦИОНАЛАМ) припасать аргументы для последней «решающей контратаки», рассчитывая в будущем взять реванш и оставить последнее слово за собой.Иногда «СЕРДЦЕЕДЫ» надевают маску «моральной непогрешимости» и становятся абсолютно неуязвимыми для (свойственной «МОРАЛИСТАМ») критики нравов. Моральные принципы «СЕРДЦЕЕДЫ» («творческие моралисты») часто использовать как камуфляж для того, чтобы не слишком отличаться от тех, кто их более тщательно соблюдает. Ради этого они, раздуваясь от самомнения, могут громко говорить о морали, заниматься моральным преобразованием общества и слыть жёстким и принципиальным моралистом, призывающим к ответу всех нарушителей общественной нравственности. Амбициозность, заносчивость, маска ханжества и лицемерия становятся для «СЕРДЦЕЕДОВ» удобным средством моральной дезориентации «МОРАЛИСТОВ», —морального их подавления и угнетения как своих подревизных. Самоутверждаясь в положении ревизора и ментора, «СЕРДЦЕЕДЫ» (Цезарь, Бальзак, Гексли, Габен) в ИТО прямой ревизии стараются как можно чаще «напоминать» своим подревизным (Достоевскому, Штирлицу, Драйзеру, Джеку) об их моральном долге, пытаясь посредством мнимого морального превосходства навязать им своё доминирование и свой контроль. При этом собственные шаткие моральные позиции «СЕРДЦЕЕДОВ» (именно потому, что гибкие и манипулятивные) благодаря их самомнению и жёсткой психологической защите оказываются неуязвимыми и недоступными для критики, выпадают из сферы критического обсуждения. И это естественно: лучший способ скрыть свои недостатки — это привлечь внимание к чужим, стараясь развенчать в человеке именно то, что ему особенно ценно и дорого. Отсюда и покушения на незыблемую ЭГО — программу своих подревизных с позиций маневренной, творческой этики отношений (+БЭ2 → -БЭ1) или (-БЭ2 → +БЭ1), и попытки занизить их самооценку по ней. Жесточайший этический контроль «ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ» в зеркальных ИТО (контроль Цезаря над Драйзером и контроль Гексли над Достоевским) не только занижает самооценку «ПРОГРАММНЫХ МОРАЛИСТОВ» по их ЭГО программе, но и почти полностью нивелирует её. Если человеку, чьи программные позиции основываются на этических и моральных ценностях и запретах постоянно твердить: «У тебя нет совести, чести, ты совсем стыд потерял!», он забудет о том, что у него есть собственные этические критерии для объективной оценки этих обвинений — своя «область врождённого профессионализма» по вопросам морали и этики, которой он, будучи шокирован внезапностью таких нападений, не сможет достаточно быстро воспользоваться и опровергнуть возводимую на него напраслину, что, по мнению ревизора, будет равносильно признанию своей вины. Гибкость и изворотливость ИРРАЦИОНАЛА в этом столкновении одержат верх над прямолинейной последовательностью РАЦИОНАЛА, который при этих условиях становится объектом критики. В большинстве случаев такие нападки на «МОРАЛИСТОВ» оказываются ответной реакцией на осуждающие взгляды последних. С чем, конечно, «СЕРДЦЕЕДЫ» смириться никак не могут: не могут признать (или допустить) критику в свой адрес, не могут признать себя виноватыми или побеждёнными, предпочитая всегда и во всём оставаться на высоте. Исходя из этого они и не позволяют своим подревизным собраться с мыслями, с доводами и отразить их нападки. Обескураживая их самой абсурдностью своих обвинений, они пользуются произведённым эффектом для того, чтобы закрепить победу за собой. На войне как на войне: не успел собраться с силами и отразить удар — твоя проблема.Выйти из-под ревизии УПРЯМЫХ — ОБЪЕКТИВИСТОВ (работающих на закрепление своих преимущественных позиций и побед) УСТУПЧИВЫМ — ОБЪЕКТИВИСТАМ («МОРАЛИСТАМ») удаётся нескоро. Им в редких случаях удаётся успешно действовать с позиций своей программной этики отношений (просто потому, что критику своих этических позиций «творческие моралисты» («СЕРДЦЕЕДЫ») в свой адрес не принимают — воспринимают её очень болезненно, а потому, подавляя УСТУПЧИВЫХ высокомерием, УПРЯМО стараются её игнорировать или не допускать). Слишком многое в модели «ТВОРЧЕСКИХ МОРАЛИСТОВ» («СЕРДЦЕЕДОВ») зависит от удобной и приоритетной этической позиции. Прочная этическая защита, обеспечивает успешную экспансию их ИРРАЦИОНАЛЬНЫХ ЭКСТРАВЕРТНЫХ ЭГО-программ (+ЧС1) и (-ЧИ1), морально их оправдывает и поддерживает, подбирая самые смелые (иногда даже абсурдные) доводы для обоснования и этического оправдания даже самых злонамеренных их поступков. Вследствие чего любое, пусть даже самое разрушительное и экспансивное действие, подаваемое ими с их программных позиций, может быть мотивировано добрыми целями, благими намерениями, высокими гуманистическими идеалами. (Было бы желание представить свои действия в выгодном свете, повод и возможности для этого всегда найдутся: и удобную мотивацию всегда можно подобрать — благо, аспект этики отношений здесь является маневренной, творческой функцией (±БЭ2), — и извлечь пользу и выгоду из своих побед.).Обратная ревизия подаётся и с позиций сильных творческих функций «ПРОГРАММНЫХ МОРАЛИСТОВ» — гибких и маневренных аспектов волевой сенсорики (+ЧС2) (у ЭСИ, Драйзера) и интуиции потенциальных возможностей (-ЧИ2) (у ЭИИ, Достоевского), что позволяет теперь уже подревизным выступить с встречными обвинениями и разоблачениями, тщательно разработанными с позиций их ЭГО — программ. Ответный удар будет нанесён подревизными именно тогда, когда ревизоры его уже перестанут ждать, привыкнув к своему преимущественному положению. И тем приятнее подревизным будет их с этих преимущественных позиций спихнуть (а потому, что нечего почивать на лаврах, тем более если они неправедным путём заработаны). «ПРОГРАММНЫЕ МОРАЛИСТЫ» обрушат на своих ревизоров («СЕРДЦЕЕДОВ») поток самых страшных и самых суровых обвинений (нередко имеющих под собой очень веские основания). Подлинный (и прежде всего программный) «МОРАЛИСТ» всегда может разглядеть за действиями «лже — моралиста» фальшивую игру, поймает его на отступлении от моральных догм и выведет на чистую воду, указав ему на несоответствии слов и поступков.И тогда уже призыв: «Совесть надо иметь» будет обращён к ревизорам. Им припомнят и их подколки, придирки и передёргивания, с помощью которых они выигрывали все предыдущие сражения. Припомнят им все их вздорные домыслы и обвинения. Как и все УСТУПЧИВЫЕ, «ПРОГРАММНЫЕ МОРАЛИСТЫ» сильны своим ответным ударом. За все накопившиеся обиды расплачиваются полной мерой, чтоб впредь неповадно было нападать на их ЭГО — программу, — на их «святая святых», — на её заповеди, нравственный кодекс и всё то, что она отстаивает и защищает. Поэтому в ракурсе взаимной критики нравов прямая и обратная ревизия здесь продолжается очень долго. Баталии заканчиваются только тогда, когда каждая из сторон, растратив свой воинственный пыл, теряет к этим отношениям интерес. С похожими проблемами сталкиваются и ЛОГИКИ — «МОРАЛИСТЫ» — «ПРОГРАММНЫЕ ПРАГМАТИКИ» (СУГГЕСТИРУЕМЫЕ МОРАЛИСТЫ)— ЛИЭ, Джек (+БЭ5) и ЛСЭ, Штирлиц (-БЭ5), ревизуемые «ТВОРЧЕСКИМИ ПРАГМАТИКАМИ» («СЕРДЦЕЕДАМИ» — ЛОГИКАМИ), активизирующимися по аспекту этики отношений — СЛИ, Габеном (-БЭ6) и ИЛИ, Бальзаком (+БЭ6) . Пример:Молоденькая девушка — Джек (студентка Университета) познакомилась с симпатичным парнем СЛИ, Габеном, который «почти сразу же» (на втором свидании) попытался вовлечь её водоворот легковесных, легкомысленных отношений. Она объяснила ему, что такого рода общение её не интересует: она ищет психологически совместимого партнёра для серьёзных и долговременных отношений, мечтает создать семью, растить детей и жить с ним долго и счастливо. Парень (СЛИ, Габен) её внимательно выслушал и переспросил: «Я что-то не понял, кто из нас псих, — ты или я? Ну-ка повтори, что ты сейчас сказала!» Она повторила ему всё то же самое слово в слово. Он ещё раз всё это выслушал и сказал: «А-а, ну вот теперь я понял. Это оказывается ты ненормальная, а я здоров. Ну, бывай! Нам с тобой не по пути!». Она после этого долго не могла успокоиться: за что он её так обидел? Ну, не пришлись её цели ему по душе, но унижать-то её зачем?Джеку бывает трудно примирить себя «с не совсем честными» и бестактными способами ведения спора, присущими Габену, — с его привычкой жестоко иронизировать, унижать, «подрезать» оппонента, ёрничать, передёргивать и переиначивать смысл его слов. Всё это болезненно фрустрирует Джека, шокирует и возмущает. После такого общения он чувствует себя беспредельно униженным. Желание вступать в спор, отстаивать свою точку зрения почти сразу же пропадает.Не менее болезненно развиваются отношения и в диаде Штирлиц — Бальзак. Грубость, резкость и вспыльчивость Бальзака глубоко шокирует его подревизного Штирлица. А ответное раздражение Штирлица (-ЧЭ3) провоцирует вспышки необузданной ярости (или, в лучшем случае, глухое сопротивление, бойкот и саботаж) Бальзака, поскольку напрямую бьёт его по ТНС — его проблематичному аспекту этики эмоций (-ЧЭ4).Стремясь выйти из — под диктата (из-под ревизии) «лже — МОРАЛИСТА», «ПРОГРАММНЫЙ ПРАГМАТИК» (или даже «ПРОГРАММНЫЙ МОРАЛИСТ») может попытаться самыми жёсткими методами поставить своего ревизора на место. Отчаявшись взять реванш допустимыми методами, доведённый до крайности «МОРАЛИСТ» может пойти и на грубость, и на отступление от нравственных норм. Может в самых резких выражениях напрямую сказать ревизору: «Ну, что ты на меня вылупился, что ты на меня смотришь, как на врага народа?!.. Ты на себя посмотри! Тоже мне, образец высокой морали!..» — и дальше выскажется по поводу многих неблаговидных поступков «СЕРДЦЕЕДА». Представит его как «насквозь лживое и лицемерное существо», которое «играет чувствами человека, как ребёнок мыльными пузырями» (Дескать, «полюбуешься на них, натянешь их до предела, да и отбросишь в сторону. А до того, что чувствует человек, тебе и дела нет — ты «выше этого»!»). Вменяет в вину «СЕРДЦЕЕДУ» его равнодушие к чужому страданию: «Безразличие и жестокость — вот истинная подоплёка твоего морального превосходства! Унижение человеческого достоинства — вот его настоящая цена!..«Многое может высказать многократно обиженный и униженный «МОРАЛИСТ» своему ревизору. Но в наибольшей степени он будет недоволен самоуправством последнего: «Кто дал ему право меня поучать? Тоже мне ментор выискался!». Но ревизор — УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ — силён первым ударом, первым кавалерийским наскоком. И он не станет дожидаться, пока «МОРАЛИСТ» предоставит ему право первой атаки, первой агрессивной инициативы. Он нападёт первым по праву УПРЯМОГО, чем и вызывает ответное возмущение «МОРАЛИСТА», которое будет возрастать по мере того, как УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ («СЕРДЦЕЕД») будет удерживать инициативу за собой, всё более увлекаясь ролью ментора — моралиста, чем ещё больше будет восстанавливать против себя УСТУПЧИВОГО ОБЪЕКТИВИСТА. Как УСТУПЧИВЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ «МОРАЛИСТ» попытается вернуть себя свои права и приоритеты, но УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ -»СЕРДЦЕЕД» будет прочно удерживать их за собой и постарается не уступать. И так будет продолжаться до тех пор, пока УСТУПЧИВЫЙ «МОРАЛИСТ» не попытается отвоевать назад свои права и приоритеты. 13- 4″ПЕДАНТЫ» и «МОРАЛИСТЫ»(Интертипные отношения: деловые и миражные, суперэго и полного погашения)Взаимодействие «ПЕДАНТОВ» и «МОРАЛИСТОВ» в основном сводится к взаимной коррекции действий решений, поведения и отношений по рациональным аспектам: (ПФ-1 — ПФ-3 и ПФ-5 —ПФ-7). В служебных и личных отношениях «ПЕДАНТЫ» вменяют в вину «МОРАЛИСТАМ» их пренебрежение инструкциями и предписаниями (в том числе и этическими), их неспособность ориентироваться в системных отношениях, должным образом реагировать на критику, на действия руководства, на решения о служебных смещениях и перемещениях. Укоряют их за неспособность присматриваться и приспосабливаться к изменениям, происходящим в системе, за нежелание интересоваться событиями, происходящими в ней. »МОРАЛИСТЫ» крайне неохотно и только в последнюю очередь подключаются к служебным и внеслужебным мероприятиям. Крайне безынициативны, когда речь заходит о каких — то внеплановых (нецелесообразных и мало эффективных на их взгляд) общественных работах, чем дают повод «ПЕДАНТАМ» в очередной раз упрекнуть их в отсутствии интереса к общественной работе и жизни коллектива, системы. Предложение пожертвовать чем — либо ради интересов системы — деньгами, свободным временем или выходным днём — у моралистов тоже особого энтузиазма не вызывает (тем более, если они никакой выгоды от этих мероприятий не получают, никакой пользы для общества в них не видят). Всё это позволяет «ПЕДАНТАМ» упрекать их в аполитичности, асоциальности, эгоизме индивидуализме. «МОРАЛИСТЫ» отчасти соглашаются с ними, но изменить своё отношение ко всем этим системным, общественным мероприятиям не могут. Они и так принимают участие в них через силу, — подчиняясь необходимости следовать установленным в системе «идиотским» (на их взгляд) порядкам и правилам.»МОРАЛИСТЫ» считают, что любая общественная инициатива должна быть искренне добровольной, а не показной, не глупой, не противоестественной, — не такой, при которой люди занимаются не своим делом, по принуждению и из рук вон плохо. Кому нужен подневольный, унизительный, рабский труд в порядке общественной инициативы?.. Но наибольшего накала отношения достигают тогда, когда «ПЕДАНТЫ» обвиняют «МОРАЛИСТОВ» в нарушении каких-то этических предписаний. «МОРАЛИСТЫ» (а особенно, этики) при этом чувствуют себя так, словно их заставляют поклоняться «фетишу» — тупому и глупому слепку, сделанному с самой убогой и самой примитивной версии, отдалённо напоминающей их ЭГО-программу — область их врождённого профессионализма, по которой каждый из них чувствует себя врождённым «законотворцем», «экспертом», «судьёй», но уж никак не подневольным исполнителем самых грубых и примитивных её образцов. (У этиков — «МОРАЛИСТОВ» складывается впечатление, что какой-то профан их учит тому, чему бы они и сами могли его поучить (кто-то другой — «рождённый ползать» — их учит «летать»). Но именно этот убогий и примитивный вариант реализации их ЭГО — программы им навязывают «НОРМАТИВНЫЕ МОРАЛИСТЫ» — «ПЕДАНТЫ», заинтересованные в большей степени в том, чтобы этика отношений не доминировала над логикой систем. А для этого не моральные принципы нужно ставить во главу угла, а этические предписания — простые и примитивные правила, удобные для отношений в системе, которые, за исключением обычной бытовой и служебной вежливости, далеки от основных постулатов морали. И, главным образом, от основной её заповеди: «Не делай другому того, чего не желаешь себе.» Интриги, подставы, подсиживание — обычные для системных отношений, предполагают только формальное (фиктивное, лицемерное, ложное) соблюдение этой заповеди. Фактически же в системе обходят её стороной — используют её, как «ловушку для простаков», которых первыми подставляют, подсиживают, притесняют, выводят в парии, делают «виноватыми» и заставляют расплачиваться за всех и за всё. »ПЕДАНТЫ» (УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ) в системе, в системных отношениях чувствуют себя более, чем свободно (±БЛ↑). Ориентируются осознанно, непосредственно, определённо. Собирают интересующую их информацию (она словно сама к ним стекается), сами моделируют эти отношения, сами устанавливают правила, сами меняют их «по ходу игры», сами себя выставляют арбитрами, сами выносят оценку своим и чужим поступкам, суждениям, решениям и отношениям (±БЭ↓). Знают, как и с кем разговаривать, знают, как отстаивать свои права, знают, о чём можно говорить, а о чём нельзя. »МОРАЛИСТЫ» ничего этого не знают (±БЛ↓). Научиться этому не могут да и не хотят (±БЭ↑), чем особенно возмущают «ПЕДАНТОВ». В системных отношениях ориентируются опосредованно — по ощущениям, по неосознанным, неопределённым предчувствиям, а поэтому и становятся жертвами всякого рода подсиживаний, интриг и подстав. В этических отношениях — наоборот: «МОРАЛИСТЫ» (а особенно, этики) чувствуют себя в своей стихии — всё вокруг ясно, понятно, определённо и объяснимо. »ПЕДАНТЫ» в этических отношениях чувствуют себя, как в тёмном и запутанном лабиринте, по которому можно блуждать до бесконечности. Поэтому ориентируются на специально разработанные для них «указатели» — удобные этические предписания, которые хоть и способствуют сближению «МОРАЛИСТОВ» с «ПЕДАНТАМИ», всё же часто нарушаются последними, допускающими эти правила в отношении других, но не в отношении себя.Интересы системы, доминирующие над правами и интересами личности (±БЛ↑ ±БЭ↓), права личности, вступающие в противоборство с интересами и правами системы (±БЭ↑, ±БЛ↓), — сфера конфликтного взаимодействия «ПЕДАНТОВ» и «МОРАЛИСТОВ», — извечное «яблоко раздора» в интертипных и межличностных отношениях между ними.»МОРАЛИСТОВ» возмущает «сановная спесь» буквоедов-»ПЕДАНТОВ» (преимущественно, программных системных логиков — Максима и Робеспьера. Раздражает их бюрократический произвол на местах, беспредельный цинизм, жёсткость, глупость, бездушный формализм, авторитарный тон, тупое упрямство, чиновничья чёрствость, неспособность войти в положение человека, обратившегося к ним с личной просьбой. Возмущает нежелание пойти ему навстречу и рассмотреть его вопрос даже в рамках своих прямых должностных и профессиональных обязанностей.Пример:Молодая женщина — ЭСИ, Драйзер, промучившись в браке с мужем-конфликтёром четыре года, пришла в суд подавать заявление о разводе. Заходит в приёмную и видит судью — ЛСИ, Максима — пожилого, желчного, сухощавого человека, склонившегося над грудой бумаг.ЭСИ спрашивает его: «Могу я подать заявление о разводе?»Судья на неё строго посмотрел и спросил: «Вы зачем в суд пришли?! Разве суд за вас мужа выбирал?»Огорошенная таким приёмом, ЭСИ чуть дара речи не лишилась, стоит, как поражённая громом, молчит. А судья продолжает: «Вот, кто вам мужа выбирал, вот тот пусть вас и разводит! А у нас статистика по разводам высокая, показатели зашкаливают! Вам понятно, что я говорю? У нас план по разводам уже перевыполнен!». И, видя, что она не уходит, добавил: «Не приму у Вас заявление, уходите! Вы с мужем ещё помиритесь, а нам отвечать. У нас и так разводов больше, чем в соседнем районе!..»Как потом вспоминала ЭСИ: «Поначалу я была в шоке. Потом подумала: «Какое мне дело до их статистики? У меня свои проблемы!». Пошла и сама отнесла заявление в канцелярию. Заодно и подала жалобу на судью, чтобы впредь неповадно было хамить посетителям!..» УПРЯМЫЕ «ПЕДАНТЫ» жестоко куражатся над «МОРАЛИСТАМИ» (проверяют на прочность), а те, как УСТУПЧИВЫЕ, стараются не оставаться в долгу: выстраивают отношения по принципу «око за око, зуб за зуб» и сражаются с деспотизмом «ПЕДАНТОВ» изобретательно и беспощадно. Могут пойти и на крайние меры. Не успокоятся пока не возьмут реванш. 13-5. «ПЕДАНТЫ» и «ВОЛОКИТЫ»(Интертипные отношения: зеркальные ИТО, активация, обратный и прямой соц. заказ, обратная и прямая ревизия.)Не меньше проблем возникает и в квадрах СУБЪЕКТИВИСТОВ, где «нормативные моралисты» (УПРЯМЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ, «ПЕДАНТЫ») отбиваются от ревизии УСТУПЧИВЫХ-ИРРАЦИОНАЛЬНЫХ- СУБЪЕКТИВИСТОВ («ВОЛОКИТ»), маскирующих свою маневренность в системных отношениях (что часто проявляется и в смене систем, и смене принципиальных позиций и в смене убеждений) нападками на жёсткую принципиальность авторитарно навязывающих своё мнение «ПЕДАНТЫ». В квадрах СУБЪЕКТИВИСТОВ (первой и второй) все очень активно (а часто и авторитарно, и агрессивно) навязывают своё мнение, представляя его как истину в последней инстанции. Но к ЛОГИКАМ — «ПЕДАНТАМ» (ЛИИ, Робеспьеру и ЛСИ, Максиму), устанавливающим наиболее строгие правила и порядки в системных отношениях, предъявляют наибольшее количество претензий. Своим ревизорам — УСТУПЧИВЫМ ЛОГИКАМ — СУБЪЕКТИВИСТАМ (СЛЭ, Жукову и ИЛЭ, Дон-Кихоту) они представляются то несносными буквоедами, которых невозможно переубедить, то замшелыми ретроградами, безнадёжно отставшими от жизни, то бездушными формалистами, готовыми загубить на корню любое перспективное начинание. С подачи резких в выражении своих антипатий критиков — ревизоров подревизный ЛОГИК — «ПЕДАНТ» выглядит этаким «человеком в футляре», отгородившимися инструкциями и циркулярами от реального мира, — «упёртым» бюрократом, неспособным и шагу ступить без директивы и предписания, «премудрым пескарём» — смешным и нелепым в своём стремлении упорядочить весь мир, расчертить его по линейке вдоль и поперёк, подчинить строгому учёту и контролю, зажать в тиски бесконечного множества ограничений, законов, кодексов правил и превратить в нечто никчёмное и нежизнеспособное — в пустую, выхолощенную схему, потерявшую в самой себе всякий смысл.Но именно свободное обращение с системами, включающее постоянное их замещение, смещение и разрушение, свободное обращение с инструкциями, кодексами, правилами и постоянное их нарушение для своей пользы и выгоды, — весь этот упорно насаждаемый беспорядок и хаос, взрывающий то одну, то другую систему, и ставят в вину УСТУПЧИВЫМ ЛОГИКАМ — СУБЪЕКТИВИСТАМ ИРРАЦИОНАЛАМ («ВОЛОКИТАМ») УПРЯМЫЕ ЛОГИКИ — СУБЪЕКТИВИСТЫ — РАЦИОНАЛЫ («ПЕДАНТЫ»). »ПЕДАНТЫ» считают себя неотъемлемой частью системы, в которой, по их мнению, всё должно быть подчинено строгим правилам, основательно выверено, взвешено, справедливо устроено и распределено (до тех пор, пока в эту систему соотношений не вклинивается кто-то другой).Допустить, что закон может быть инструментом противоправных манипуляций и насаждаемого социального произвола ЛОГИКИ-»ПЕДАНТЫ» никак не могут, — кому хочется жить в не правовом государстве, в насквозь прогнившей и разрушающейся социальной системе? Система защищает закон — устанавливает его, формирует и развивает, отлаживает и совершенствует, как универсальный, структурообразующий механизм. Поэтому относиться к системе потребительски, использовать предоставляемые ею права, но отлынивать от распределяемых ею обязанностей — это, по их мнению, неправильно и несправедливо. Ощущать себя пленником анархии и произвола, мириться с вынужденным унизительным положением «ПЕДАНТ» тоже не будет. Вне системы, вне жёстких правил и ограничений он чувствует себя неуютно. Желая обрести опору и упорядочить своё существование, он избавляется от навязываемых ему извне представлений и возвращается к своим исконным ценностям, к своей исходной системе координат. А поскольку перестраивать систему только для себя они не могут, свои жёсткие порядки они начинают навязывать другим: правилам системы должны подчиняться все! Но с этим уже не соглашаются их оппоненты (УСТУПЧИВЫЕ ИРРАЦИОНАЛЫ — СУБЪЕКТИВИСТЫ), полагая, что лучшими правилами и законами являются те, в которых человек может чувствовать себя наиболее комфортно и свободно, видеть больше возможностей и перспектив, находить наилучшие условия для успешной социальной и творческой самореализации. Свободная интерпретация законов, гибкое, манипулятивное законотворчество УСТУПЧИВЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ противостоит жёсткой и однозначной авторитарности УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ.»ВОЛОКИТЫ» размывают границы дозволенного, находя существующим правилам всё более гибкое применение, «ПЕДАНТЫ» жёстко очерчивают границы существующего правопорядка, борются с правонарушителями, сигнализируя о злоупотреблениях, «куда следует».ИРРАЦИОНАЛЫ-СУБЪЕКТИВИСТЫ («ВОЛОКИТЫ») восстают против навязываемых ограничений, пытаются их нивелировать, игнорировать, обходить всеми возможными способами. Стараются не обременять себя излишними обязательствами, за что опять же получают взыскание от УПРЯМЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ (в ИТО обратной ревизии). В конечном итоге УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ («ВОЛОКИТЫ») обговариваю для себя более гибкие, удобные, щадящие условия, а затем уже самовольно упрощают их ещё больше, делая их ещё более гибкими, удобными и щадящими. Наделяют себя особыми льготами, полномочиями и привилегиями, субъективно настаивая на них, игнорируя (или оспаривая) доводы партнёра — «ПЕДАНТА». «ПЕДАНТ» возмущается, сетует на несправедливость. «ВОЛОКИТА», полагая, что сделал достаточно уступок партнёру — «ПЕДАНТУ» и потерял на этом массу времени, сил и возможностей, начинает жестоко и деспотично настаивать на своём (берёт реванш). Может истерично, грубо и цинично навязывать свою волю. Старается предвидеть действия партнёра, предпринимающего попытки ограничить его волю и свободу, и пытается опередить его.Если не удаётся, устраивает скандал и присваивает себе права, льготы и привилегии на правах «сильного» (захватывает их, как трофей). Если не удаётся перехватить права силой, действует хитростью, ловкостью, лукавством. Не гнушается клеветой, обманом, подкупом, подставами, угрозами и шантажом. В конечном итоге присваивает себе сверх-льготные условия, закрепляет их за собой и заставляет всех окружающих с ними считаться. Живёт так, словно существующие в системе правила составлены не для него. От других он требует соблюдения и правил, и закона, но для себя делает исключение: он «завоевал» себе это право. УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ часто оказываются организаторами политических заговоров и переворотов: свергают одних правителей и на их место ставят других (себя любимых тоже не забывают). Пример:Знаменитый «кингмейкер», Ричард Невилл, граф Варвик (ИЛЭ, Дон-Кихот), — выдающийся политический деятель эпохи Войны Роз – как раз из этой плеяды. Двух королей – Эдуарда IV и Генриха VI он одновременно удерживал под своим контролем (одного даже держал в плену, пытаясь навязать свои политические требования). Поставил себя выше королей и манипулировал ими, как шахматными фигурами. Попеременно оказывал поддержку то одному, то другому правителю, всё не решаясь остановить свой выбор на ком-либо из них. И одновременно с этим готовил в престолонаследники обоих своих зятьёв: старшего – Георга Плантагенета, герцога Кларенса; и младшего – Эдуарда Ланкастера, принца Уэльского. Развернулся очень широко, а кончил трагически – погиб в битве при Барнете, 14 апреля 1471 года, перед тем, как его попытались захватить в плен.Если законы и правила одной системы, кажутся УСТУПЧИВОМУ СУБЪЕКТИВИСТУ слишком обременительными, он переходит в другую систему, но при этом продолжает удерживать за собой преимущественные права в предыдущей системе, к которой может время от времени возвращаться, контролировать её и корректировать в соответствии со своими планами и целями. 

Часть VI

13- 6. «ВОЛОКИТЫ» и «СЕРДЦЕЕДЫ» (УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ и УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ)(Интертипные отношения: родственные, полудуальные, суперэго, полного погашения)Свободная интерпретация законов и правил здесь противостоит свободной интерпретации морали: «СЕРДЦЕЕД» завоёвывает «сердце» — доверие и расположение своего партнёра, «ВОЛОКИТА» отвоёвывает «крышу дома своего» (или чужого, который он тоже считает своим); манипулирует системами («крышами»), желая получить гораздо больше того, что полагается ему по праву.Взаимный антагонизм этих направлений создаёт зону противоборства в этих группах. С одной стороны — произвол бесконечно гибкого и растяжимого законотворчества, при котором сам учредитель этих законов всегда прав, с другой — произвол гибкого и манипулятивного морализаторства, размывающего границы дозволенного.Каждый из соконтактников навязывает свои правила игры, спонтанно меняя их по своему усмотрению. При этом каждый пытается уследить за сменой правил игры соконтактника, каждый изыскивает противоречия в его доводах и пытается на них указать, но удовлетворение от достигнутых результатов не получает. Стоит только оспорить одно положение, указав на его двустандартность и противоречивость, как соконтактник даёт ему новую, ещё более спорную и путанную интерпретацию.Размывать значения интерпретаций, передёргивать смыслы слов, отрывать слова от контекста, подменять одну сущность слова другой в равной степени могут все ИРРАЦИОНАЛЫ (их этому учить не надо).В этой группе УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ выступают против УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ. А значит, и противоборство проходит как по квадровым признакам СУБЪЕКТИВИЗМА — ОБЪЕКТИВИЗМА и по диадным УСТУПЧИВОСТИ и УПРЯМСТВА. Пока УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ пытаются отстоять свою правоту в споре, УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ подкрепляют свои доводы действием: поступают так, как считают нужным, а затем ставят соконтактников перед свершившимся фактом, заставляя его считаться с новыми обстоятельствами.УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ начинают рассуждать о своих правах, пытаются ограничить действия УПРЯМЫХ ОБЪЕКТИВИСТОВ. Но пока они изобретают новые правовые ограничения, придумывая своим мерам и действиям оправдание, УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ не на словах, а на деле успевают расширить границы дозволенного. Своих действий и поступков УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ может и не объяснять, — для него важнее всего возможность действовать, а поняли его или нет, правильно поняли, или не очень — это уже второй вопрос. Объяснений мотивов поступков может быть великое множество, большую часть из них можно придумывать на ходу. Можно разворачивать дискуссию и пускаться в пространные объяснения, дезориентируя и деморализуя УСТУПЧИВОГО СУБЪЕКТИВИСТА. Пока он будет размышлять над этими объяснениями, УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ присвоит себе новые привилегии, расширит границы возможностей для себя и ограничит в действии соконтактника. Желая взять реванш, УСТУПЧИВЫЙ СУБЪЕКТИВИСТ попытается оградить себя от влияния «СЕРДЦЕЕДА», постарается не втягиваться в его игру, а затем попытается ограничить свободу его действий ещё более жёсткими методами. Применяет силу, применяет новые правовые ограничения, придумывая их на ходу. Устраивает блокаду, изолирует партнёра, жёстко контролирует его связи, действия, отношения (характерно для УСТУПЧИВЫХ — СУБЪЕКТИВИСТОВ — ЭКСТРАВЕРТОВ), дезинформирует, дезориентирует, дезорганизует (характерно для УСТУПЧИВЫХ — СУБЪЕКТИВИСТОВ — ИНТРОВЕРТОВ). Поступает грубо, жестоко, но зато берёт реванш и уже позиций своих не уступает. Тут уже УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ, растративший свои силы на первый прорыв, пытается до него докричаться, уговаривает УСТУПЧИВОГО пойти на уступки, на компромисс. Но УСТУПЧИВЫЙ СУБЪЕКТИВИСТ теперь жёстко стоит на своём, навязывает свои правила и порядки, заставляет считаться со своим мнением, положением, авторитетом. УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ, всё больше сдавая свои позиции, заранее соглашается на все условия, предполагая в нужный момент найти возможность поступить по-своему. Но этой возможности УСТУПЧИВЫЙ СУБЪЕКТИВИСТ ему уже не предоставляет. И так продолжается до тех пор, пока УСТУПЧИВЫЙ СУБЪЕКТИВИСТ («ВОЛОКИТА») сам не устаёт от собственного диктата и контроля. Тогда он может сам «прекратить игру» и разорвать отношения. Просто потому, что необходимость ужесточать диктат и контроль его самого сковывает в планах и действиях, лишает возможности искать для себя другие системы (лучшие условия существования). Необходимость удерживать в подчинении УПРЯМОГО ОБЪЕКТИВИСТА уже сама по себе причиняет ему массу хлопот, от которых он и устаёт. Он ослабляет контроль и «СЕРДЦЕЕД» (УПРЯМЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ) открывает для себя новые возможности и перспективы. В конечном итоге между ними устанавливается оптимальная дистанция, при которой каждый из них живёт своей яркой, насыщенной жизнью, периодически делится с партнёром впечатлениями и постепенно всё больше отдаляется от него, ещё на какое-то время сохраняя с ним «товарищеские отношения». При неблагоприятных межличностных и интертипных отношениях возможна и трагическая развязка событий.Пример: Анна Болейн (ИЭЭ, Гексли) и её супруг, английский король Генрих VIII, Тюдор (СЛЭ, Жуков). Пока Анна боролась за его расположение («завоёвывала его сердце»), он боролся за расширение своих социально — политических прав и полномочий. Боролся за расположение Папы, рассчитывая получить его разрешение на расторжение брака с первой женой, королевой Екатериной Арагонской (ЭИЭ, Гамлет), на которой Генриха женили против его воли и против правил, и которая, при всех усилиях, не могла произвести на свет сына, престолонаследника. Волею роковых обстоятельств, рождённые ею сыновья умирали в младенчестве. Единственная, рождённая от этого брака дочь, Мария не признавалась потенциальной престолонаследницей: «Женские руки не смогут удержать эту страну в узде!» — утверждал Генрих (который вообще был невысокого мнения о способностях женщин и не мог предполагать, что ему ещё суждено стать отцом будущей королевы Елизаветы (ЛСЭ, Штирлиц) — одной из лучших правительниц Англии). Не оставляя надежды произвести на свет сына, Генрих заводил себе фавориток из числа фрейлин своей жены — боролся за право быть отцом их детей (а заодно и проверял свою способность производить на свет мальчиков). Одной из таких, подающих надежды фрейлин оказалась на редкость привлекательная, но упрямая и честолюбивая особа — Анна Болейн, отказавшаяся сближаться с королём без официального заключения брака. Желая получить от папы разрешение на развод, Генрих стал активно бороться «за чистоту веры» в своей стране и отправил на костёр огромное количество (десятки тысяч) «еретиков», за что получил от папы «почётную грамоту» и звание «примерного католика», «непримиримого борца с ересью», «ревнителя и хранителя веры», но разрешения на развод так и не получил (папа его попросту «кинул»). Обидевшись на папу, Генрих начал бороться с отцами церкви за право считать свой брак незаконным. (Согласно заповедям Священного Писания, король не имеет права жениться на вдове, а тем более, на вдове своего брата). Не получив согласия церковников, Генрих стал принуждать свою жену (королеву Екатерину) признать незаконность их брака, но получил отказ. Одновременно с этим он боролся за расположение Анны Болейн, пытаясь склонить её к физической близости. Ни жена (ЭИЭ, Гамлет), ни фаворитка (ИЭЭ, Гексли) его требованиям не уступали. (Не будь они обе УПРЯМЫМИ, история Англии, а возможно, и всей Европы (и даже мира) была бы другой. Будучи не в силах склонить к уступкам обеих УПРЯМЫХ женщин, Генрих начал бороться за право быть главой церкви в своей стране, предполагая сделать её независимой от Рима. (Не каждому правителю удаётся в кратчайший срок добиться таких значительных политических перемен, но что делать, если очень захотелось жениться, а другого способа обойти закон не было?) Пришлось реформировать церковь. Что тоже удобно для системных и законотворческих манипуляций: с кем захотел, развёлся, на ком угодно женился, — никто ему не указ, никто возразить не посмеет. А кто возразит, головы лишится, даже если будет прав (как это случилось с его лордом-канцлером, Томасом Мором). (Рубить головы королевам, неверным жёнам до Генриха VIII в Европе (в христианских странах) никто не смел — это считалось святотатством: венценосную голову нельзя рубить. Кроме того, что это весьма опасная тенденция, это ещё и неуважение к монархии, как к дарованной Богом верховной власти, неуважение к Закону, который нельзя нарушать. А то ведь, что получится? — сначала королевам начнут рубить головы, а там и до королей дело дойдёт. В Англии так и произошло: в XVI веке рубили головы королевам, а в ХVII — уже и королю. В ХVIII веке традиция перекочевала во Францию, а затем и в Россию, где закончилась расстрелом царской семьи в 1918 году.). Генрих VIII первым в Европе казнил своих неверных жён — Анну Болейн и Екатерину Говард — просто потому, что другой меры наказания у него для них не нашлось: монастыри он к тому времени уже все упразднил (посчитал их «лишней системой»), разграбил их до основания, пополнив казну конфискатом, так что ссылать своих неверных жён ему теперь уже было некуда. В обеих жён он когда-то был очень сильно влюблён, обе они между собой состояли в близком родстве (были двоюродными сёстрами), обе получили одинаковое воспитание, имели одних и тех же родственников — «наставников», подсказавших им «удобный» способ зачинать престолонаследников «на стороне», обходя вниманием рано состарившегося мужа-короля. И, наконец, обе они были «СЕРДЦЕЕДКАМИ» и по соотношению признаков: Анна Болейн — ИЭЭ, Гексли, Екатерина Говард — СЛИ, Габен, и в буквальном смысле этого слова: обе были легкомысленны, честолюбивы, беспечны, ветрены, самонадеянны, но необычайно красивы и очень опытны в искусстве обольщения. Обе прожили короткую, но яркую, насыщенную впечатлениями жизнь и закончили свои дни на плахе.Рационал маралистыЧто касается моральных принципов Генриха, то их полное отсутствие позволяет считать его человеком с глубоко заниженным нравственным цензом. А его жестокое обращение с жёнами выдаёт в нём патологического женоненавистника, чьё естественное отвращение к женщинам периодически приглушалось вспышками бурной, но очень непродолжительной влюблённости. (Примером жестокого обращения с женщинами мог служить Генриху VIII и его отец, король Генрих VII, Тюдор (СЛЭ, Жуков), женатый на Елизавете Йоркской (СЭЭ, Цезарь), чей свободолюбивый нрав он усмирял, преследуя и уничтожая её близких родственников.)Рационал маралистыЖестокость, насилие, ложь, клевета и интриги окружали Генриха VIII с ранних лет, создавая мрачный фон для многих его неблаговидных деяний: распаляли его ревность и мнительность, взращивали его природную подозрительность, оттачивали мстительность и коварство, усугубляли цинизм. И, тем не менее, — как это и было принято в те времена, — Генрих как благородный человек, король и рыцарь всю свою жизнь пребывал в поиске Прекрасной Дамы — мечтал соединить свою судьбу с безупречно нравственной женщиной, которая одна только и могла бы изменить в лучшую сторону его отношение к женскому полу. Перед самой смертью, когда он больше всего нуждался в больничной сиделке, он женился на Екатерине Парр (ИЭИ, Есенин), — одной из многочисленных придворных дам, которая ему приглянулась на старости лет, поскольку была мила, обходительна и лучше других за ним ухаживала. Её он и посчитал своим идеалом, на который, к сожалению, обратил внимание слишком поздно.

Отношения в ракурсе психологических признаков РАЦИОНАЛЬНОСТИ — ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ, СУБЪЕКТИВИЗМА — ОБЪЕКТИВИЗМА, УПРЯМСТВА — УСТУПЧИВОСТИ. (Окончание)

Начало здесь >>>14. ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ СМЕНЯЕМОСТИ ГРУПП В КОЛЬЦАХ СОЦИАЛЬНОГО ПРОГРЕССАВ кольцах социального прогресса передача социального опыта происходит в определённой последовательности сменяемости выше описанных групп. »ВОЛОКИТЫ» (УСТУПЧИВЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ) — Дон, Дюма, Жуков, Есенин) — передают социальный опыт УПРЯМЫМ СУБЪЕКТИВИСТАМ («ПЕДАНТАМ») — Гамлету, Максиму, Гюго, Робеспьеру. »ПЕДАНТЫ» (УПРЯМЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ) передают социальный опыт УПРЯМЫМ ОБЪЕКТИВИСТАМ («СЕРДЦЕЕДАМ) — Цезарю, Бальзаку, Гексли, Габену, »СЕРДЦЕЕДЫ» (УПРЯМЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ) передают социальный опыт УСТУПЧИВЫМ ОБЪЕКТИВИСТАМ («МОРАЛИСТАМ») — Штирлицу, Достоевскому, Джеку, Драйзеру »МОРАЛИСТЫ» (УСТУПЧИВЫЕ ОБЪЕКТИВИСТЫ) передают социальный опыт УСТУПЧИВЫМ СУБЪЕКТИВИСТАМ («ВОЛОКИТАМ»). Рационал маралистыВозникающие при этом прямые и обратные столкновения несовместимых позиций и принципов нередко затрудняют процесс передачи социального опыта, что сказывается на качестве принимаемой и передаваемой информации.Так, например, мало результативной оказывается передача опыта социальных отношений от «ВОЛОКИТ» (СЛЭ, Жуков и ИЭИ, Есенин) к «ПЕДАНТАМ» (ЭСЭ, Гюго и ЛИИ, Робеспьеру), которые так или иначе стараются жить по принципам справедливости (в частности, справедливого распределения материальных благ в системе). Попытка научиться пристраиваться к «чужим саням», «чужому караваю» — попытка перенять опыт проникновения в чужую систему оборачивается для них выдворением из своей, со всеми последующими за этим потерями своих исконных прав, привилегий и льгот. А это для них несоизмеримые потери: уж лучше отказаться от своей незаслуженной доли в чужом пироге, чем от своего исконного и законного места в своей системе, где такой «каравай» выпекается для всех и каждого в рамках обычной и будничной разнарядки. Так стоит ли менять бесчисленное множество причитающихся по закону (уставу системы) прав и возможностей на непрочные льготы и сомнительные права чужой, эфемерной системы, которая ещё неизвестно, как долго продержится? Тут же возникает желание проучить и учителей — искусителей, чтоб не сбивали с толку не в меру доверчивых учеников. Так что и повод для ненависти в ИТО обратной ревизии на этом участке кольца соц. прогресса тоже находится.Попытка «ПЕДАНТОВ» (ЭСЭ, Гюго и ЛИИ, Робеспьера) передать «СЕРДЦЕЕДАМ» (ИЭЭ, Гексли и СЛИ, Габену) опыт правовых, уставных отношений в социальной системе тоже оказывается неудачной. Там, где для решения сложных проблем ТВОРЧЕСКИМ МОРАЛИСТАМ («СЕРДЦЕЕДАМ») приходилось действовать хитростью, обходными манёврами, успешно пользоваться гибкостью и манипулятивностью творческих функций, легко и без хлопот достигая желаемого, с подачи докучных «ПЕДАНТОВ» приходится развивать в себе свойства и качества (жёсткость, прямолинейность и принципиальность) и применять неудобные и неприемлемые (в условиях привычных для них отношений) методики и приёмы — угловатые, прямолинейные, жёсткие, — существенно усложняющие им общение, обостряющие отношения с окружающими и создающие конфликтные ситуации на каждом шагу. Привычные уловки в этих условиях уже не работают. Прежде удобные для них «лазейки», много раз выручавшие в неловких ситуациях, теперь кажутся им «непролазными» и «непроходимыми», — за их края они то и дело то одним, то другим «углом» зацепляются. «Углы» в неудобных для них условиях взаимодействия постепенно «сбиваются», «стачиваются», и со временем «сердцеедам» приходится возвращаться к удобным для них «компактным», «обтекаемым» отношениям.Когда умудрённые опытом «СЕРДЦЕЕДЫ» (Цезарь, Гексли, Бальзак и Габен) пытаются передать навыки гибких, маневренных отношений своим подзаказным «МОРАЛИСТАМ», надеясь привить им «правильный взгляд на вещи» и правильно «лёгкое» отношение к жизни. Их подзаказным этот «правильный» взгляд на вещи кажется возмутительной безнравственностью. А когда уже ревизоры жёсткими методами и жёсткой хваткой начинают влиять на подзаказных — заставляя их врать, изворачиваться, приспосабливаться к сложным, двусмысленным ситуациям (при которых трудно бывает сохранить верность моральным принципам), те, защищая свою приоритетную этическую систему ценностей, расплачиваются со своими «советчиками» сполна, воздают им «за всё хорошее» полной мерой, да ещё и с «процентами». Попытка «СЕРДЦЕЕДОВ» построить удобные, обтекаемые отношения с подзаказными «МОРАЛИСТАМИ», последними воспринимается как нечто подлое, пошлое, вопиюще безнравственное. «МОРАЛИСТЫ» усматривают в них идеологическую диверсию, как незаконное вторжение в «святая святых» их этической системы ценностей, как «подкоп» под её нравственную твердыню, как подрыв её моральных устоев — этих, столь ценных для них «оборонительных укреплений». При этом больше всех усердствует воинствующий моралист ЭСИ, Драйзер. За свою этическую ЭГО — программу, за чистоту её нравственных идеалов Драйзер сражается, не ведая жалости и снисхождения. Сталкиваясь с сопротивлением соц. заказчиков и ревизоров в ИТО прямой и обратной ревизии (прямого или обратного соц. заказа), Драйзер жестоко мстит своим «наставникам» за их попытки его «раскрепостить», «расслабить», «умиротворить»: «бьёт» не разбирая целей и средств, куда попало, стараясь побольней уязвить. И никакие попытки его успокоить, умаслить или подкупить успехом не завершаются. В лице своих настырных «наставников» ЭСИ в первую очередь видит растлителей и борется с ними как с вопиющим социальным злом.Следующий этап соц. заказа и соц. ревизии — от «МОРАЛИСТОВ» (ЛИЭ, Джек и ЭСИ, Драйзер) к «ВОЛОКИТАМ» (СЛЭ, Жукову и ИЭИ, Есенину) встречает не меньшее возмущение со стороны подзаказных.Стремление ИРРАЦИОНАЛЬНЫХ СУБЪЕКТИВИСТОВ менять одну систему отношений (в том числе и этических) на другую, выгодно устраиваясь то здесь, то там, их умение пристраиваться к «чужим саням» и удобно располагаться на самых мягких их сидениях, побуждает МОРАЛИСТОВ поставить им на вид их поведение и заставить их отказаться от завоёванных привилегий и льгот в пользу других членам команды, исконных основателей захватываемой ими системы. Это ли не основание для того, чтобы мстить новоявленным учителям? Именно это и предпринимают ИРРАЦИОНАЛЬНЫЕ СУБЪЕКТИВИСТЫ («ВОЛОКИТЫ») в ИТО обратного соц. заказа и обратной ревизии (и особенно амбициозные бета — квадралы СЛЭ, Жуков и ИЭИ Есенин), — мстят за каждую отнятую у них привилегию, льготу, за тёплое, насиженное место в системе, которое им приходится с такой неохотой освобождать.15. ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ СМЕНЯЕМОСТИ ГРУПП (В ВИДЕ ПРОГРАММИРУЮЩИХ ЭТИ ГРУППЫ АСПЕКТОВ) В МЕНТАЛЬНОМ КОЛЬЦЕ ИНФОРМАЦИОННОЙ МОДЕЛИПоследовательность сменяемости групп в кольцах социального прогресса совпадает с последовательностью сменяемости аспектов, программирующих эти группы в ментальном кольце информационной модели. Рационал маралистыВ качестве примера рассмотрим модели ТИМов, составляющих статическое, эволюционное кольцо социальной ревизии: 1.ИЛЭ, Дон — Кихот («ВОЛОКИТА») → 2. ЛСИ, Максим («ПЕДАНТ») → 3. СЭЭ, Цезарь («СЕРДЦЕЕД»), → 4. ЭИИ, Достоевский («МОРАЛИСТ»). 1.ИЛЭ, Дон — Кихот.Программная функция: интуиция потенциальных возможностей (+ЧИ1) — программный «ВОЛОКИТА» (поиск лучшей экосистемы, лучшей экологической ниши, открывающей новые перспективы и возможности).Творческая функция: логика систем (-БЛ2) — творческий «ПЕДАНТ» (гибкое, маневренное законотворчество, способность сходу изобретать логические доказательства своей правоты, способность на ходу изобретать правила и навязывать их другим).Нормативная функция: волевая сенсорика (+ЧС3) — нормативный «СЕРДЦЕЕД» (не тратит лишних средств на обольщение, старается держаться в рамках предписанного этикетом).Мобилизационная функция: этика отношений (-БЭ4) — проблемный «МОРАЛИСТ» (изобретатель самых абсурдных и проблематичных моральных кодексов, предельно завышающих или занижающих нравственный ценз. (См. ИТО конфликта ИЛЭ —ЭСИ).2. ЛСИ, Максим.Программная функция: логика систем (+БЛ1) — программный «ПЕДАНТ» (сравнительный анализ социальных систем и системных отношений).Творческая функция: волевая сенсорика (-ЧС2) — творческий «ВОЛОКИТА» (право поиска лучшей экосистемы оставляет за собой).Нормативная функция: этика отношений (+БЭ3) — нормативный «МОРАЛИСТ» (ориентируется на этические предписания, старается не брать на себя повышенных моральных обязательств и не выходить за рамки принятых моральных норм).Мобилизационная функция: интуиция потенциальных возможностей (+ЧИ4) — проблемный «СЕРДЦЕЕД» («мягко стелет, да жёстко спать», — красиво ухаживает, но предъявляет к партнёру чрезвычайно высокие требования).3. СЭЭ, Цезарь.Программная функция: волевая сенсорика (+ЧС1) — программный «СЕРДЦЕЕД» (способен быстро завоёвывать признание, ревнив к чужим успехам и победам, любит соперничать и побеждать в искусстве обольщения).Творческая функция: этика отношений (-БЭ2) — творческий «МОРАЛИСТ» (этический манипулятор, любит охлаждать пыл и сковывать инициативу конкурентов (по искусству обольщения) моральными запретами и ограничениями, стараясь отдалить их от той цели, которую наметил для себя сам). Нормативная функция: интуиция потенциальных возможностей (+ЧИ3) — нормативный «ВОЛОКИТА» (не тратит много времени на ухаживания — воспринимает этот процесс, как формальность; количество одержанных побед часто бывает для него важнее их качества).Мобилизационная функция: логика систем (-БЛ4) — проблемный «ПЕДАНТ» (в достижении цели не придаёт значения системным ограничениям: важнее всего результат).4. ЭИИ, Достоевский.Программная функция: этика отношений (+БЭ1) — программный «МОРАЛИСТ» (созидатель самой гуманной системы этических ценностей).Творческая функция: интуиция потенциальных возможностей (-ЧИ2) — творческий «СЕРДЦЕЕД» (позволяет себе лёгкий флирт (игру, кокетство, лукавство, безобидный «прикол», невинный розыгрыш) для приятного разнообразия партнёрских отношений).Нормативная функция: логика систем (+БЛ3) — нормативный (ролевой) «ПЕДАНТ» (внедряясь в систему, разыгрывает роль строгого руководителя, демонстративно исполнительного и требовательного к себе и к другим.).Мобилизационная функция: волевая сенсорика (-ЧС4) — проблемный «ВОЛОКИТА» (Неохотно меняет одну «крышу» на другую, до последнего остаётся верен одному партнёру, одной системе, но в случае крайней необходимости подумывает и о смене партнёра. Действует рискованно, необдуманно, заводит случайные знакомства и связи и при этом испытывает чувство вины перед своим постоянным партнёром. Пример: Катерина из драмы Островского «Гроза».).Краткую, лаконичную модель взаимодействия этих структур представим на примере прямой и обратной ревизии в диаде «СЭЭ, Цезарь — ЭИИ, Достоевский».Цезарь ревизует Достоевского с позиций своей творческой, мани;пулятивной этики отношений (ка;к творческий «МОРАЛИСТ» ограничивает активность творческого «СЕРДЦЕЕДА» ЭИИ, Достоевского, чуть только замечает фривольность в его поведении. Достоевский как программный «МОРАЛИСТ» с позиции своей программной этики отношений (+БЭ1) отношений советует ему обратить внимание на своё поведение. На что Цезарь подавляет его своей наглостью, сражает наповал с позиций своей программной волевой сенсорики (+ЧС1), заявляя: «Мне можно (себя так вести), тебе нельзя!». Возмущённый его поведением ЭИИ, Достоевский теперь уже как нормативный (ролевой) «ПЕДАНТ» сам ревизует его с позиций своей нормативной логики соотношений (+БЛ3) — напускает на себя суровый, строгий вид, одёргивает, призывает к порядку, требует уважения, соблюдения правил приличия; сковывает Цезаря системными ограничениями (правилами поведения), навязывает отношения соподчинения, в которых претендует на доминирование (работает под ЛСИ, Максима) и т.д.. Но с этим уже категорически не соглашается Цезарь и как «проблемный ПЕДАНТ» (-БЛ4) игнорирует навязываемые Достоевским правила и запреты.После чего Достоевский как программный «МОРАЛИСТ» (и УСТУПЧИВЫЙ ОБЪЕКТИВИСТ) берёт реванш в ИТО обратной ревизии: подавляет амбиции Цезаря и одерживает верх

с преимущественных позиций морального, нравственного превосходства,

при поддержке природной своей деклатимности (убеждённости в своей правоте),

с позиций квадровых ценностей (не любит, когда ему портят настроение, омрачают удовольствие, «подрезают крылья»,

с позиций своего природного (квадрового признака) АРИСТОКРАТИЗМА

при поддержке закона сменяемости квадр, который в любом состязании «подыгрывает» представителям последующих квадр (что усиливает противодействие (обратную ревизию и обратный соцзаказ) в неравновесных ИТО в эволюционном кольце и ослабляет в инволюционном).

16.КРУГОВОРОТ РЕВИЗИИ В СОЦИОНЕЧеловеку свойственно стремиться к лучшим условиям существования, свойственно за них бороться, изыскивать их, изменять и подстраивать их под себя, что уже само по себе вызывает зависть и осуждение окружающих, стремление остановить «зарвавшегося выскочку», «поставить его на место» и «восстановить справедливость». Ревизия — наиболее распространённая форма борьбы за лучшие условия существования, предполагающая (и включающая в себя) захват наиболее выгодных территорий (жизненных, информационных пространств, сфер влияния) и вытеснение из них потенциальных врагов и конкурентов. Последние при этом вытесняются не только из своей территории или сферы влияния, но и из сферы своих интересов, которую ревизор, мотивируемый «самыми лучшими побуждениями» нередко присваивает себе и тоже считает «своей», а потому и захватывает её, и вытесняет из неё своего подконтрольного, под благовидным предлогом помощи или заботы о нём. В соционе и в социуме все ревизуют друг друга. Без ревизии нет общения, равно как без вытеснения из системы нет взаимодействия с окружающей средой. Каждый вольно или невольно захватывает чужие владения и сферы влияния, внедряется в сферу чужих интересов, проникает в чужую среду обитания, захватывает и осваивает её, — колонизирует, вытесняя из неё предыдущего обитателя. Без вольной или невольной, осознаваемой или неосознаваемой экспансии нет и взаимодействия, — нет активного воздействия на окружающую среду. Ревизия является самым удобным инструментом экспансивного проникновения в чужую среду под благовидным (или социально значимым) предлогом. («Не мало ль вас, не надо ль нас? Мы пришли проверить, как вы тут без нас справляетесь…»). В неравновесных ИТО (социальной ревизии и социального контроля) «преемники» — и подзаказный и подревизный — в гораздо большей степени зависят от мнения, планов и целей своего «передатчика» (соц. заказчика или контролёра), чем наоборот. Подревизному гораздо труднее отбиться от своего ревизора, чем ревизору перестать преследовать своего подконтрольного (если, конечно, ЭГО — программа, её цели и система воззрений его к этому не слишком жёстко обязывают). Из «преемников» подревизный в большей степени тяготится этой зависимостью, подзаказный — в меньшей. Постепенно, по мере вовлечения в эти отношения, и «передатчики» — и ревизор, и соцзаказчик становятся всё более зависимыми от них: теряют свои преимущества (апломб, амбиции), перестают чувствовать себя наставниками и учителями, поэтому на какое — то (очень короткое время) отношения становятся в равной мере взаимозависимыми: «передатчик» становится зависимым от мнения и благорасположения своего «преемника», после чего «преемники» (подзаказный и подревизный) берут реванш и высвобождаются из — под этой зависимости с очевидными моральными, материальными и социальными преимуществами. Как «ученики» они уже превосходят своих «учителей», как «подопечные» — становятся независимыми и неуязвимыми для их воздействия.Отношения ревизии (и межличностные, и интертипные) опасны своей беспредельной, жестокой экспансией, которая распространяется тем быстрее, чем больше аргументов в своё оправдание (и в оправдание своих «благих намерений») может привести ревизор. (Жестокой ревизия может быть и в тождественных ИТО, где и подревизный и ревизор занимают одно место под солнцем. В ракурсе схемы «учитель — ревизор, ученик — подревизный» тождественный по психотипу «учитель» перекрывает контролем тождественного «ученика». В связи с этим создаются условия и для обратной ревизии: когда «в благодарность за всё хорошее», «ученик» сначала ограничивает влияние своего тождественного наставника, а затем вытесняет его из сферы влияния. (А иногда вытесняет и из условий существования. Пример, — печальная участь амбициозной и деспотичной императрицы Агриппины (ЭИЭ, Гамлет), навязывающей свой диктат и контроль своему сыну, императору Нерона (ЭИЭ, Гамлет) — ученику и преемнику, который, претендуя на самостоятельность, не пожелал мириться со своим зависимым положением и оградил себя от её диктата максимально жестокой мерой.)Наиболее трудно бывает пресечь контроль, когда он начинается с навязывания каких — то опасных или неприемлемых, идиотских советов, про которые контролёр отлично знает, что они неприемлемые, но тем не менее упорно навязывает их, или подаёт «на голубом глазу», с наивно — восторженным (или глуповатым) выражением лица (как если бы он сам не понимал, какими неприятностями чревато его предложение). Уверенность в том, что ревизор подготовил для него очередную «подставу» у подревизного возрастает по мере того, как настойчиво, распаляясь всё больше, тот навязывает ему свои советы, требуя их неукоснительного выполнения. А поскольку никакими разумными доводами ревизор к тому времени уже не внушается, у подревизного возникает естественное опасение в том, что «контролёр» либо в очередной раз проверяет его готовность к слепому и бессмысленному подчинению (чтобы потом подставить его под ещё большие неприятности), либо намеренно раздражает его и провоцирует на конфликт, чтобы потом, сославшись на его «неадекватное поведение» и «немотивированную агрессивность», «из лучших побуждений» отправить его под надзор соответствующих социальных служб. Но даже если подревизный уступит настоятельным требованиям ревизора и последует его бредовым советам, тот всё равно его потом спровоцирует на конфликт, — свалит на него всю ответственность за негативные последствия своих советов и обвинит в том, что тот не ведал, что творил, когда эти;м советам следовал. При всех условиях ревизор старается быть в выигрыше. И при всех условиях он отыгрывается на подревизном.17. ЧЕРЕДОВАНИЕ ПРИЗНАКОВ В КОЛЬЦАХ СОЦИАЛЬНОЙ РЕВИЗИИРевизия является неотъемлемой частью всех межличностных и интертипных отношений (включая и дуальные, где КВЕСТИМНАЯ и ДЕКЛАТИМНАЯ модели перманентно находятся в состоянии ревизии, хоть и наилучшим образом совмещаются друг с другом). В интертипных отношениях ревизии (и в образуемых ими кольцах «социальной ревизии») КВЕСТИМЫ ревизуют ДЕКЛАТИМОВ, ДЕКЛАТИМЫ — КВЕСТИМОВ. Одновременно с этим ревизия проходит и по другим признакам: ЭКСТРАВЕРТЫ ревизуют ИНТРОВЕРТОВ, ИНТРОВЕРТЫ — ЭКСТРАВЕРТОВ. И конечно важным моментом является ревизия по признакам РАЦИОНАЛЬНОСТИ — ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ, УПРЯМСТВА — УСТУПЧИВОСТИ, СУБЪЕКТИВИЗМА — ОБЪЕКТИВИЗМА (имеющая непосредственное отношение к нашей теме). РАЦИОНАЛЫ ревизуют ИРРАЦИОНАЛОВ с преимущественных позиций рациональных аспектов их ЭГО — программ ( УПРЯМЫЕ — РАЦИОНАЛЫ — СУБЪЕКТИВИСТЫ («ПЕДАНТЫ») — с позиций рациональных аспектов логики систем (±БЛ1) и этики эмоций (±ЧЭ1), УСТУПЧИВЫЕ — РАЦИОНАЛЫ — ОБЪЕКТИВИСТЫ («МОРАЛИСТЫ») — с позиций этики отношений (±БЭ1) и деловой логики (±ЧЛ), логики факта, логики действий) и с манипулятивных позиций аспектов мобильного блока ментального уровня (ПФ-2, ПФ-3). Программный рациональный аспект — основное орудие ревизии РАЦИОНАЛА (просто потому, что являет собой самый короткий путь к цели).ИРРАЦИОНАЛЫ пользуются творческим рациональным аспектом и нормативным аспектом мобильного блока ментала, но направляют его, действуя издалека, опосредованно. Меняя «маски» и «роли» (по ПФ-3), посредством множества уловок и подколок они нащупывают «болевые точки» своих подревизных, а потом, суммировав свои наблюдения и сверившись с ощущениями и впечатлениями, нападают и «бьют» наверняка (причём, в самую уязвимую точку — в ТНС), действуя уже с позиций иррационального программного аспекта (ЭГО-программы), так что и парировать удар подревизному бывает трудно. РАЦИОНАЛ «рубит с плеча» и «бьёт» наверняка с позиций своего программного аспекта и в прямой ревизии, и в обратной. ИРРАЦИОНАЛ ускользает от его удара ил смягчая его, пользуясь своими уловками, но, выбрав удобный момент, находит способ болезненно уязвить (уколоть) своего противника, — так, чтобы тот не скоро смог оправиться от удара. В неравновесных интертипных отношениях, где (в силу определённого соотношения психологических свойств и признаков) «передатчик» (соцзаказчик или ревизор) ставит себя над сферой влияния — над «преемником», взаимо-зависимость между ним и средой, в которую он (более или менее) агрессивно внедряется (стремясь навязать свою волю, свою программу, свои убеждения), оказывается временно неравноценной. То есть, на какое-то время — пока ещё в нём как в наставнике не разочаровались, преимущества остаются на его стороне. Потом уже его «преемник» уравнивает себя с ним в правах. А затем уже и вытесняет его из сферы его и своего влияния, — представляя собой некий улучшенный вариант его соц. заказа, замещает его собой. Один из важнейших механизмов вытеснения и последующего замещения в неравновесных ИТО осуществляется посредством чередования ТИМов по признаку «ДЕМОКРАТИЗМА — АРИСТОКРАТИЗМА» в кольцах социального прогресса. В каждом звене каждого из колец «социального прогресса» АРИСТОКРАТ в амбициозной заносчивости подавляет своего предшественника — «передатчика» (или последователя -»преемника») — ДЕМОКРАТА своим апломбом, а ДЕМОКРАТ в прямом и обратном воздействии (в прямой или обратной ревизии, в прямом или обратном соц. заказе) «заземляет» АРИСТОКРАТА и уравнивает его в правах с собой.По разным характеристикам, свойствам и признакам ТИМы могут чередоваться в кольцах социального прогресса.В кольцах соц. ревизии чередование ведётся по признакам квестимности — деклатимности и экстраверсии — интроверсии. (Пример эволюционного — статического — позитивистского кольца: ИЛЭ, Дон- Кихот → ЛСИ, Максим → СЭЭ, Цезарь → ЭИИ, Достоевский → ИЛЭ, Дон — Кихот).В кольцах соц. заказа — по признакам НЕГАТИВИЗМА — ПОЗИТИВИЗМА, СТАТИКИ — ДИНАМИКИ. (Пример инволюционного — интровертного — квестимного кольца: СЛИ, Габен → ЭСИ, Драйзер → ИЭИ, Есенин → ЛИИ, Робеспьер → СЛИ, Габен).Но при всех условиях и во всех кольцах неизменным остаётся чередование по признаку РАЦИОНАЛЬНОСТИ — ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ. ИРРАЦИОНАЛ ревизует (наставляет, воспитывает) РАЦИОНАЛА, РАЦИОНАЛ — ИРРАЦИОНАЛА. В соответствии законами диалектики, по закону притяжения (единства и борьбы) противоположностей, представители каждого последующего звена (подревизные и подзаказные) устремляются к своим «учителям» и «наставникам» (соц. заказчикам и ревизорам) и попадают под их контроль и влияние. Критически переоценив количественную и качественную составляющие полученной информации, они (в соответствии с законом перехода количества в качество) впоследствии выходят из-под влияния своих наставников, чтобы затем (в соответствии с законом отрицания отрицания) вернуться к своим прежним, некогда отвергнутым приоритетным ценностям и осознать их значимость теперь уже на другом, более зрелом уровне понимания своих связей и отношений с окружающим миром.

Автор: Вера Стратиевская на 12:29 

Ярлыки: Признаки Рейнина




Предыдущий:

Следующий: